Петербургский международный лесопромышленный форум: репортаж с мероприятия

Петербургский международный лесопромышленный форум чем-то напоминает вечер встречи выпускников. Традиционно осенью собираются давно знакомые друг другу лица, вспоминают былые времена, обсуждают проблемы, беззлобно спорят и, конечно, рассказывают о своих достижениях. Редакцию журнала «Лесной комплекс» часто обвиняют в излишнем пессимизме и склонности драматизировать ситуацию, но с помощью спикеров площадки мы разбавим пасмурное, как питерская погода, настроение несколькими позитивными для отрасли моментами.

За два насыщенных дня единомышленники-лесопромышленники набросали полную картину ключевых составляющих комплекса.

«Не зря говорят, что только в бурю дерево узнаёт, насколько оно сильно. Вот и мы продолжаем себя проверять и тестировать. Мы уже не в ситуации неизвестности, неплохо понимаем, что происходит и куда двигаться дальше. И на этой площадке как раз делимся своим видением и знаниями», — отметил генеральный директор АО «ВЛП» Александр Шаньгин.

Текущее положение

О ситуации изнутри никто не расскажет лучше, чем сами лесопромышленники. Г-н Шаньгин напомнил, что объёмы переработки лиственной балансовой древесины в России по-прежнему существенно ограничены и статичны, сегодня они практически не востребованы, что делает невозможным восстановление объёмов заготовки в целом.

По его словам, мощности производства пиломатериалов и берёзовой фанеры избыточные. Заготовка к 2021 году снизилась на 15%, в СЗФО — на четверть, и предпосылок к восстановлению в среднесрочной перспективе представитель компании не видит. Зато прогнозирует предстоящий дефицит грубых лесоматериалов и начало битвы не на жизнь, а на смерть за этот продукт.

Переработка древесины, по прогнозу на конец 2025 года, выйдет на показатели четырёхлетней давности. При этом острая конкуренция за сырьё, пиловочник и фанерный кряж вместе с негативными макроэкономическими факторами уже привела к значительному снижению маржинальности этих сегментов.

Не открыл Америку директор АО «ВЛП», перечисляя факторы, которые влияют на лесозаготовку. Это всем известные причины: старение парка техники, дефицит кадров и закрытие малых предприятий.

«Стоимость импортного лесозаготовительного комплекса на примере John Deere с 2021 года увеличилась в два раза, причём при сопоставимом курсе валют. Мы отследили динамику техники, приобретаемой „ВЛП” за 4 года. Соответственно, при покупке того же комплекса в наши дни за 150 млн руб. на себестоимость каждого куба заготовленной древесины упадёт примерно 470 рублей амортизации, то есть 20% от некогда полной себестоимости.

Поэтому отмечу, что заводы, которые появляются в результате инвестпроектов, ждёт очень тяжёлая амортизация и высокая долговая нагрузка, — предрекает Александр Шаньгин. — Покупать технику по нынешним временам очень дорого. Как показала практика, производительность комплекса к шестому году эксплуатации падает примерно на 40% в связи со снижением эффективного времени из-за поломок, при этом операционные затраты возрастают с каждым эксплуатационным годом».

По словам эксперта, разумный горизонт эксплуатации лучших образцов техники составляет всего 5 лет, а при несвоевременной замене срабатывают сразу несколько рисков. Это снижение объёмов заготовки, отток кадров, имеющих сдельные расценки для оплаты труда, и, конечно, рост себестоимости лесопродукции.

Обещанную долю оптимизма пыталась внести старший аналитик информационно-аналитического агентства WhatWood Марина Зотова, оперируя цифрами Росстата. В июле 2025 года после затяжного периода отрицательных темпов суммарное производство пиломатериалов хвойных и лиственных пород составило 3,7 млн м3.

Это стало максимальным показателем за последние 17 месяцев. С марта 2024 года к июню 2025 года прирост составил 7,1%. Высокий результат июля практически позволил компенсировать падение первой половины этого года, говорит эксперт. По итогам 7 месяцев текущего года в стране произведено почти 24 млн м3, а сокращение относительно прошлого года минимальное — около 1,1%.

Опять же если верить пересмотренным данным ведомства, то и вовсе можно обнаружить прирост в 1,8%. Причины неразберихи в итоговых цифрах — это неполные данные и использование разных методик оценивания. По предположению г-жи Зотовой, ближе к истине информация у бенефициаров программы ФГИС ЛК, потому что они учитывают все лесные сделки, однако, как добраться до этих данных, — тайна за семью печатями.

Поэтому мы продолжим пользоваться общедоступной статистикой. Аналитик обращает особое внимание на существенный дисбаланс между регионами. Так, в июле в Сибири произвели около 1 млн м3 материала, показав максимум с первого квартала 2022 года. Совокупный же выпуск в этом регионе, по данным Росстата за 7 месяцев 2025 года, остаётся ниже уровня прошлого года на 7,5%. На Северо-Западе, напротив, этот показатель за аналогичный период увеличился на 12,5% и, несомненно, внёс положительный вклад в общероссийскую динамику.

«Таким образом, июльские данные показывают оживление отрасли, сокращение накопленного отставания. Но дисбаланс производства между макрорегионами сохраняется. Если Северо-Запад демонстрирует хороший рост, то Сибирь пока не восстановила объёмы прошлого года», — резюмирует спикер.

И, как бы нам ни хотелось поделиться позитивными новостями, Марина Зотова охлаждает наш пыл. Увы, по прогнозам агентства, по итогам 2025 года объём продаж пиломатериалов на внутренний рынок снизится на 6-7% и сохранит негативную тенденцию в 2026.

«По нашим оценкам, в 2024 году на домашнем рынке было произведено порядка 18 млн м3. Рост составил 5% год к году. Ему активно способствовало развитие потребляющих отраслей, к примеру, рассматриваем ИЖС, на которое приходится 60% всего объёма потребления в стране. Вторым сегментом выступают деревянные поддоны.

Если взглянуть на показатели ввода жилья, то можно увидеть, что существенный рост длился последние 5 лет, он и давал толчок повышению спроса на материал. Это, естественно, отражалось на объёмах потребления. В первом квартале 2025 года общий объём ввода жилья прирос на 9%, а во втором квартале мы отмечаем существенное падение — в два раза.

Исходя из этого, по итогам года ожидаем отрицательную динамику. То же самое происходит в сегменте деревянных поддонов, который уже показывал снижение в 2024 году. Мы регулярно проводим опросы лесопильных заводов, и, исходя из обратной связи, получили информации о существенном снижении запроса на эту продукцию. Это связано с тем, что потребляющие отрасли, к примеру ЦБК, снизили объёмы закупок», — поясняет эксперт.

Ценовые качели — ещё один волнующий вопрос: после поступательного движения вверх в 2024 году текущий календарный период ознаменовался заметным охлаждением. В 2025 году закупочные цены на еловый пиловочник в европейской части страны упали на 31% (с 6500 руб./м3 в январе до 4500–4650 руб./м3 в августе).

Тенденция падения пока сохраняется и в производстве круглых лесоматериалов: за 8 месяцев 2025 года Росстат зафиксировал снижение на 3% (до 66 млн м3) по хвойным лесоматериалам и также на 3% (до 37 млн м3) по лиственным.

«Опрашиваемые отметили, что в августе-сентябре некоторые регионы приостанавливали вывозку, и мы предполагаем снижение больше, чем сейчас показывает Росстат, возможно, до 5-6% по итогам года», — высказывает мнение Марина Зотова.

Не исключают аналитики и уменьшения объёма производства пиломатериала на 1-2% по итогам 2025 г., однако с уточнением о «возможном умеренном позитиве в следующем году».

Курс на новые рынки

География продаж — неизменно самая волнующая тема для участников форума. Альтернатив нет, заявляют одни спикеры, пока другие, более упорные, продолжают их искать.

По словам Марины Зотовой, внутренний рынок забирает 55-60% пилопродукции и продолжает доминировать. Что касается вопроса экспорта, тот и тут сюрпризов нет — Китай по-прежнему основной потребитель: 60% предназначенного для внешних рынков товара уходит туда. Однако эксперт отмечает любопытный тренд 2025 года: российские компании с объёмами 120-140 тыс. м3 развернулись с китайского рынка в сторону Турции, Индии и Узбекистана.

Это неудивительно, ведь средние цены на пиломатериалы за 8 месяцев текущего года на рынке Поднебесной упали на 3-5%. По данным китайской таможни на июль текущего года, ввоз российского продукта снизился на 11%, РЖД оперируют и вовсе цифрой 25%.

Представитель РЭЦ в Иране Роман Аварский уверен, что потенциал развития отношений гораздо больше, чем та точка, на которой сейчас находятся две страны. Пока основные статьи экспорта из России — зерно, металлы, химическая продукция. Пиломатериалы не в приоритете, хотя Иран своими лесами не располагает. Потребность в древесине в стране высока, но эта ниша занята и другими игроками. Г-н Аварский отмечает, что первенство занимает Турция, Россия на втором месте, кроме того, на рынке присутствуют Китай, Румыния, Грузия и Беларусь.

«Я уверен: в будущем, если мы уберём все барьеры, которые сейчас существуют между странами, товары ЛПК России могут стать одним из перспективных направлений. В Иране дефицит древесины, внутри страны прогнозируется рост потребления продукции лесопромышленного комплекса на 30-40%.

Это следствие активизации строительной индустрии и всего, что связано с ремонтом. Думаю, что это интересный рынок для русских. Кроме этого, в Иране много мебельных производств, под них зарегистрировано около 9000 площадок. И третье направление, на котором хочу акцентировать внимание, — упаковочная тара и палеты. Именно этот сегмент растёт с каждым годом», — поясняет представитель РЭЦ.

Однако торговать с иранцами довольно сложно, отмечает эксперт, они весьма придирчиво относятся к качеству, при этом требуя максимального снижения цены. Доставка груза до страны — отдельная история. Роман Аварский выделяет два направления через Каспий — из Астрахани, Махачкалы в иранские порты Анзали, Амирабад. Порт Оля, расположенный в Калмыкии, — также приемлемый вариант, отмечает эксперт.

Средний срок составляет 10-20 дней, однако загруженность портов, погодные условия и подача своевременной заявки могут значительно скорректировать этот период. Железнодорожный путь через Казахстан и Туркменистан до станции Сирас обходится дороже, но, по словам эксперта, некоторые компании готовы переплачивать ради предсказуемости.

На рынок Индии в 2025 году российские производители отправили 75 тыс. м3 пиломатериала, отметил директор по маркетингу и внешним коммуникациям ООО «Илим Тимбер» Святослав Бычков. Пока это смешные цифры, однако в будущем они могут увеличиться в разы, уверен заместитель Торгового представительства РФ в Индии Евгений Грива.

«Безусловно, сегодня в тренде восточное направление. С начала 2022 года Индия в фокусе многих компаний. То, что разворот идёт полным ходом, подтверждает резко возросшее количество обращений на поставки, в том числе в лесопромышленной сфере. Так, три года назад в день их было 5-6, сейчас 20-30, то есть российский бизнес ориентирован и пробует Индию на зуб.

Отмечу, что в целом это заслуженно, так как страна — третья по паритету покупательной способности на сегодняшний день и четвёртая по экономике в мире. С марта этого года успешно обогнала Японию, к 2030 году, без сомнений, обойдёт Германию и станет третьей экономикой мира», — отмечает в онлайн-обращении из Нью-Дели эксперт.

По его мнению, Индия — страна с колоссальной ёмкостью потребления. Свою уверенность он подкрепляет цифрами: средний возраст населения 29 лет, это означает, что оно будет только прибывать в ближайшие 15-20 лет. Сегодня в стране 450 млн потребителей среднего класса, в 2030 их будет 600 млн, а в 2047 эксперт прогнозирует 1 млн. К тому же растёт международный товарооборот, в 2022 году он увеличился в три раза, в 2023 году прибавил ещё 80% и продолжит эту тенденцию как минимум в плюс 10% ежегодно.

«Согласно данным индийских аналитиков, годовой спрос на древесину составляет приблизительно 63 млн м3, при этом собственное промышленное производство обеспечивает около 30 млн м3, а на импорт приходится 33 млн м3. Эти цифры подчёркивают как масштаб внутреннего спроса, так и интеграцию Индии в мировой торговле лесопродукции. Кроме того, страна занимает третье место по величине экспорта после Китая и Вьетнама», — отмечает главный специалист Торгового представительства РФ в Индии Артём Уколов.

Среди ключевых тенденций пиломатериалов эксперт выделяет бурное развитие деревообрабатывающей промышленности и одновременно высокий темп урбанизации в стране.

Это стимулирует спрос на жильё и офисные помещения и, в свою очередь, усиливает потребность в древесине и пиломатериалах. Растущий уровень жизни и меняющиеся вкусы потребителей стимулируют высокий спрос на современную модульную мебель для жилых и офисных интерьеров. Кроме того, активное развитие онлайн-торговли и большой процент реализации материалов посредством интернет-платформ расширяют каналы дистрибьюции и привлекают новые рынки сбыта.

«Жилищный сектор остаётся ключевым в потреблении пиломатериалов в Индии, и с ростом урбанизации, реализации программ доступного жилья спрос на древесину для строительства каркасных домов, отделки, мебели неуклонно растёт. Особенно заметно увеличение спроса в крупных городах, например Нью-Дели, Бангалоре и Мумбаи, где темпы строительства выше среднего», — считает г-н Уколов.

Коммерческий директор филиала ООО «Рускон» в Санкт-Петербурге Александр Чернявский отмечает, что с 2022 года ситуация мало изменилась и основной товаропоток по-прежнему идёт в КНР. По данным компании, 76,5% груза в контейнерах уходит именно туда. Так же, как и Марина Зотова, эксперт выделяет Северо-Западный регион на фоне остальных субъектов РФ.

На его долю приходится 67% всех отправленных грузов продукции ЛПК, из них 19,5% следует через порты Санкт-Петербурга. Однако доля Китая здесь значительно ниже, чем по другим портам страны, так как 18% всех объёмов уходит не в Поднебесную, а в Египет, где самым востребованным продуктом стала фанера.

Несмотря на прошлогодние проблемы с трансграничными платежами и перебоями в логистике, спикер отмечает улучшение ситуации и рост экспорта пиломатериала в 2,2 раза за 8 месяцев 2025, также в 2,3 раза увеличились отгрузки фанеры по сравнению с аналогичным периодом 2024 года. По Азово-Черноморскому региону г-н Чернявский акцентирует внимание на других странах-импортёрах. Доля Китая здесь уже всего 15%, в то время как Турция забирает 45%, а Израиль — 30%, причём отличается и потребляемая номенклатура. В Израиле, как и в Египте, в фаворитах сейчас российская фанера.

Александр Чернявский подтверждает сказанное экспертами ранее: в 2024 году Иран и Ирак увеличили потребление пиломатериала. Но с доставкой, к примеру, в Иран есть определённые сложности: пока большинство перевозок по территории страны идёт автомобильным транспортом из-за слабого покрытия ж/д полотном и сложностей с притязанием на земли, по которым проходят эти ветки. Строительство нового участка международного транспортного коридора «Север — Юг» и ветки Решт — Астара, которая соединит север Ирана с Азербайджаном, осложняется многими факторами.

«По западной ветке будет проложен дополнительный путь от станции Астара до иранского города Решт, и железная дорога пройдёт по побережью Каспийского моря, а это одна из самых плодородных земель в стране. Соответственно, здесь есть проблемы со строительством и согласованием проектно-изыскательских работ. Кроме того, эти земли в своё время были подарены ещё в 1980-годах во время ирано-иракского конфликта, а значит, их нужно будет изымать. Это не так просто», — рассуждает эксперт.

Отдельно г-н Чернявский презентует новое логистическое направление из Новороссийска транзитом через Турцию в порт Мариель на Кубе.

«Мы считаем это довольно перспективным направлением. Тем более по нему есть государственные субсидии от Минпромторга. Однако пока не до конца устранены определённые сложности с платёжеспособностью кубинских клиентов. Поставки происходят в случае продажи на государственном уровне либо среди частных компаний, у которых есть представительство в стране. Только после этого товар поступает на местные рынки.

Особенность Кубы заключается в том, что они готовы платить наличными, но не готовы работать с банковскими переводами, поэтому платежи проводят через различные африканские страны: Алжир или Тунис», — рассказывает о направлении спикер.

Неутешительный прогноз он даёт относительно тарифов РЖД и пугает двадцатипроцентным повышением уже в декабре-январе. Хотя в связи со спадом экспорта угля эксперт уверяет, что на китайском направлении трудностей, как в прошлом году, не предвидится: сейчас Восточный полигон уже не так забит, как раньше.

«Здесь динамика довольно положительная, потому что, к сожалению, угольная отрасль в РФ по части экспорта на сегодняшний день считается убыточной. Экспорт этого топлива обходится предприятиям в минус, соответственно, отгрузок крайне мало, либо их практически нет. В связи с этим Восточный полигон сильно освобождается, и, можно сказать, будет практически зелёный коридор в экспорте для любых грузов как на погранпереходы и порты Дальнего Востока, так и на переходы Казахстана», — комментирует ситуацию Александр Чернявский.

В качестве альтернативы он предлагает прямой морской сервис из Санкт-Петербурга в КНР. Это совместный проект с китайскими партнёрами, который позволяет доставлять грузы ЛПК из балтийского бассейна в порты Китая через Суэцкий канал за 40-45 дней.

Главной тенденцией 7 месяцев 2025 года начальник отдела логистики и продаж ПАО «ДВМП» (Fesco) Ирина Деринская считает снижение импорта и рост экспорта.

«Также мы наблюдаем увеличение внутреннего рынка, и, естественно, перевозок. Предполагаем, что транзит и дальше будет такой же стабильный, хотя последние тренды на переходах могут наши прогнозы немножко изменить. Основное влияние оказывает высокая ключевая ставка, однако наконец курс меняется, становится легче, а к геополитической ситуации все более-менее адаптировались. Ну и не может не радовать положительная динамика в области снижения нагрузки на сети РЖД», — говорит о ситуации эксперт.

Fesco также имеет свои прямые маршруты в Китай, Японию, в Корею и Вьетнам. В этом году компания расширила географию и предлагает российским лесопромышленникам отправку продукции из Вьетнама в Лаос и Камбоджу. Кроме того, морские пути доступны в Китай, Турцию, Индию, а также в Саудовскую Аравию.

«С этого года каждые 15 дней на регулярной основе суда заходят в порт Джабаль-Али (Арабские Эмираты). Его можно назвать своеобразным хабом для организации транзита в Персидском заливе с отправкой дальше в ЮАР и Кению. Ну и, конечно, 6 судов курсируют по Балтике, два раза в неделю заходят в Индию в порт Нава-Шева.

Как уже упоминали коллеги, потенциал Индии достаточно высокий, и мы планируем поставить внутреннее судно на обвязку в Индии, чтобы улучшить срок доставки и расширить географию. Кроме того, стремимся сделать доступнее Латинскую Америку, в декабре начнут курсировать два судна и позволят обеспечить регулярность доставки около 21 дня», — поделилась планами эксперт.

Как мы видим, вариантов много, однако лесопромышленники не рвутся опробовать новые маршруты: подводных камней много, да и сухопутная перевозка обходится дешевле, а значит, не так съедает маржинальность.

Импортозамещение есть?

Продолжает беспокоить лесопромышленников вопрос износа техники и оборудования. Точечной замены комплектующих и попыток сделать «хоть что-то» недостаточно, считает Александр Шаньгин.

«На сегодняшний день в России не производят заменители колёсных харвестеров. Нам предлагают альтернативу в виде переоборудованных гусеничных экскаваторов. В условиях наших разрозненных и некрупных лесосек со множественными перебазировками такая машина не в силах полноценно обеспечить высокую манёвренность. Её эффективность ниже на заболоченных грунтах в силу недоработанного функционала.

У стрелы экскаватора, сами понимаете, меньше степеней свободы, чем у харвестера, поэтому сама голова повреждается и, соответственно, служит меньше, чем те самые пять лет, о которых я упоминал ранее, — делится мнением руководитель «ВЛП». — При этом разработки самих голов в России, конечно, можно считать относительно успешными на фоне всего происходящего. Насколько знаем, «Техноком» совместно с китайским производителем проводит опытную эксплуатацию харвестерной головы.

Также „Трактордеталь” представил свой агрегат LOGGER H405L и обещает локализовать в России серийное производство. Однако потенциал этих новинок пока оценивать сложно ввиду малого срока эксплуатации. Единственную надежду мы возлагаем на полноценный харвестер на колёсном ходу, который проходит доработки в Республике Беларусь. Посмотрим, что из этого выйдет. Ведь основа этой техники — весьма сложная электроника и гидравлика высокого давления, которая должна непрерывно работать и в жару, и в мороз. Ремонт остановившейся лесу техники — это, сами понимаете, то ещё удовольствие».

Спикер акцентирует внимание не просто на наличии надёжной машины, но и на сформированных в каждом регионе складах запчастей, сервисных служб.

«Приобретение техники российского производства в итоге должно быть экономически выгоднее, чем отработанных десятилетиями западных аналогов. Отмечу, что не лучшая ситуация и с форвардерами, не менее сложными и значимыми машинами. К примеру, один китайский агрегат обошёлся заказчику в 50 млн руб., то есть на уровне John Deere.

Но можно ли делать на него ставку в условиях нашего высокосезонного и низкомаржинального бизнеса? Представьте, считаные единицы таких машин генерируют существенную долю выручки прибыли такой корпорации, как наша. Сейчас проходит испытания в СЗФО новый российский восьмиколёсный форвардер грузоподъёмностью 14 тонн, и, даже если они окажутся успешными, серийное производство начнётся не раньше 2027 года», — рассуждает спикер.

Импортозамещение в стране ещё не произошло, считает руководитель обособленного подразделения ООО «Полибиотехник» Евгений Панов. После введения санкций компании пришлось столкнуться с необходимостью обслуживания ранее смонтированного оборудования и обеспечения сервисных гарантий. Занявшись поиском разных деталей, г-н Панов убедился, что в стране есть как негативные примеры изготовления европейских аналогов, так и весьма успешные.

«К примеру, колосник, который мы заказали в одном из регионов России, в разы хуже оригинального. Срок службы детали обычно составляет два года при нормальном режиме эксплуатации, импортозамещающего — от 6 месяцев. Хотелось бы сказать, до двух лет, но не могу. Всё ли так плохо на самом деле на российском рынке? Скажу честно, нет, положительных примеров немало. Я бы так сказал, 50 на 50%. Хотелось бы, конечно, гораздо больше.

Мы переходим постепенно, умеренными шагами на самостоятельное производство в России. Но в ближайшей перспективе мы не сможем все наши потребности закрыть самостоятельно. Мне кажется, четыре года — вполне достаточно, чтобы задуматься, выработать какую-то идею, стратегию, найти на это деньги и реализовать. Но, как мы видим, не все в этом заинтересованы.

Да, есть компании, которые действительно хорошими шагами пошли. Однако для перенастройки потенциальных поставщиков на импортозамещение это маленький срок. Через Китай можно привезти всё что угодно. Есть параллельный импорт, и он худо-бедно, но работает. Дело в том, что рынок формировался десятилетия. Поэтому давайте через 20 лет обсудим, что у нас с импортозамещением в России», — высказывает своё мнение г-н Панов.

Директор ООО «Автоматика-Вектор» Олег Смольков уверенно отвечает всем сомневающимся: импортозамещение в области автоматики идёт успешно. Именно над этим работает команда разработчиков программного обеспечения для автоматизации деревообрабатывающих предприятий.

«Мы производим продукт, который в массовом порядке внедряют на российских предприятиях. Сейчас импортное оборудование либо дорабатывает свой срок, либо требует полного обновления просто потому, что оно осталось без поддержки. Линии сортировки круглых лесоматериалов, разворачиватели, поштучные подачи, конвейеры давно производят несколько российских компаний, и никакой импорт в данном случае не нужен. Я могу назвать как минимум пять предприятий. Мы поставляем свою автоматику, программное обеспечение и услуги», — заявляет спикер.

С линиями сортировки, пакетирования, штабелирования история чуть сложнее. Такие продукты востребованы на предприятиях большого уровня лесопиления. Однако предприятий высшей категории производительности в стране не так много, эта ниша закрыта. Тем не менее специалисты «Автоматика-Вектор» совместно с партнёрами создали образец для одного завода с большими объёмами. О его презентации читайте в отдельной статье выпуска.

«На сегодняшний день несколько компаний в стране производят весь спектр программного обеспечения, что называется, от а до я. Привозить ПО из-за рубежа для лесопиления нет никакой целесообразности и нужды. Сканеры, системы управления — это всё изготавливают наши соотечественники. Остаётся вопрос с комплектующими, например в электронике. Сюда входят процессоры и контроллеры, сенсоры, некоторые специальные кабели, гидравлика, сервоприводы.

В этом пока, к сожалению, пробел. Летом 2022 года многие бросились их замещать, искать контроллеры, но натолкнулись на то, что это не так просто сделать. Производители такие у нас есть, но цена оказалась дороже, чем привезти из другой страны. И, пока продукцию той же Siemens выпускают в Китае и она доступна, я подозреваю, с молчаливого согласия брендообладателя, вопросы замены не будет стоять остро», — рассуждает г-н Смольков.

Что касается высокопроизводительных станков для лесопиления, эксперты едины: у нас такое оборудование не производят и не высказывают намерения этим заниматься.

«С одной стороны, нужно ли это? А с другой — целесообразно ли? — задаёт вопрос спикер и сразу объясняет свою позицию. — Лично я считаю, что нужно, да, потому что это компетенция, это инжиниринговая школа, которая становится на ноги, когда начинает производить что-то подобное станкам высшей категории. Именно здесь будут расти компетенции.

А вот целесообразность под вопросом, потому что именно сейчас инвестиционный оптимизм невысокий. Нет гарантий, что будет спрос и окупятся вложения. Поэтому наиболее оптимально заняться этим небольшой инжиниринговой компании, которая не имеет собственного производства, но способна проектировать.

Мощности в стране в плане металлообработки есть. Придумать, испытать и собрать оборудование также может предприятие с широким спектром продукции, потому что оно загружено заказами от разных отраслей, имеет проектное бюро и свой парк. Теоретически оно может создать подразделение, которое будет разрабатывать и выпускать станки. Сейчас нет спроса, а завтра он может быть, потому что рынок пиломатериалов цикличный.

Мы все помним эти кризисы 2008 и 2015 годов. Всегда были обстоятельства, которые позволяют развиваться и которые приводят к остановке некоторых заводов, сокращению производств. Я думаю, не за горами новые повороты, и то оборудование, которое есть на рынке, распределится так, что возникнет дефицит. И мы снова начнём искать, кто хоть что-то способен сделать. Если сейчас этим не заняться, то потом будет некогда».

Если для некоторых отечественных компаний в 2022 году наступило время неопределённости, то другие приняли этот вызов и воспользовались новой возможностью. Так поступили в ООО «Вуд-Энджин», рассказывает руководитель компании Алексей Ананьев. До всех известных событий команда специалистов занималась демонтажом заграничных линий и их сборкой в России.

«Ещё 10 лет назад было очень удобно ездить в Европу. Мы обзавелись там своей техникой, небольшой производственной базой. Очень успешно и долго работали в Швеции, но случились санкции, логистические ограничения, и стало ясно, что этот путь закрыт. К этому времени мы уже отлаживали первые образцы произведённого нами оборудования. Мы поняли, что можем сами делать то же, что и шведы, но дешевле. За время работы в Европе и Скандинавии мы привезли и смонтировали 50 разных линий, наши конструкторы смогли постичь тонкости этих механизмов», — вспоминает г-н Ананьев.

Сейчас компания специализируется на линиях сортировки досок. Эксперт отмечает, что, возможно, внешне они не такие стильные, как импортные образцы, однако со своими задачами справляются, а дополнительным преимуществом является доступность комплектующих и сервисной поддержки. Конечно, сложности есть, отмечает эксперт, например поиск металла достойного качества. Путём проб и ошибок конструкторы пришли к собственному серийному производству и одну из моделей пообещали представить на грядущей выставке Woodex в Москве.

Приверженцам европейского оборудования эксперт напоминает, что и его в своё время приходилось доделывать, жалоб была масса, просто с годами механики к нему привыкли, и это стёрлось из памяти. К тому же за последние 20 лет качество известных линий упало, и вкладывать средства в агрегат с 15-летней наработкой нецелесообразно, когда на рынке страны появились достойные аналоги.

Отставить пессимизм!

Обещанную долю оптимизма, а именно целых три повода не унывать, назвал в онлайн-выступлении из Саудовской Аравии старший менеджер StepChange Consulting SA Алексей Бесчастнов.

Спикер не отрицает, что период 2023-2025 гг. оказался сложным как для производителей пиломатериалов в России, так и в глобальном масштабе. Ситуация в сегменте древесных плит также тяжелая, особенно для фанерщиков. Однако Китай нам поможет, считает он.

Почему снова азиаты, спросите вы? Эксперт отвечает, что эта страна является крупнейшим производителем и потребителем этого продукта в мире.

Наиболее влиятельным регионом в формировании глобальных цен на пиломатериалы (и OSB), определяя общую прибыльность отрасли, эксперт считает Северную Америку. Вторым и третьим по значимости глобальными регионами являются Китай и Европа, при этом Поднебесная играет ведущую роль для российских производителей пиломатериалов.

Г-н Бесчастнов отмечает, что в 2024 году КНР стала крупнейшим производителем всех основных типов древесных плит (MDF, ДСП, OSB, фанеры), обогнав США и Канаду по выпуску OSB. По прогнозам, пальму первенства Поднебесная не потеряет и в 2025-2026 годах и станет крупнейшим потребителем OSB. Годовой объём мирового производства фанеры и LVL составляет около 110 млн м3, около 4% от этого объёма занимает LVL. Китай — крупнейший производитель и потребитель фанеры в мире и покрывает около 40% её мирового экспорта в основном за счёт продукции лиственных пород.

Новости о строительном кризисе, которыми второй год пугают лесопромышленников, — вовсе не миф, хотя официальная статистика значительно смягчает цифры. На деле возведение новых жилищ упало гораздо сильнее, а продажи — вдвое. Для сравнения спикер приводит данные Японии, где после кризиса в начале 1990-х годов продажи снижались в течение 20 лет и за весь период показали двукратное падение. В Китае оно произошло всего за три года.

«Строительная активность в стране упала до уровня 2005-2010 годов. В ближайшие месяцы будет понятно, насколько ситуация в Китае „достигла дна” и готова ли она выправляться. Кризис на китайском рынке недвижимости во многом рукотворный — результат государственных мер по уменьшению „жилищного пузыря”. Кроме того, есть угрозы и мебельному сектору. Это вторая большая история вокруг Китая. Она связана и с тарифами, и с потреблением плит и пиломатериалов», — отмечает аналитик.

Однако есть сигналы возможного разворота тренда в ближайшем будущем. С 2024 года уже идёт политика по поддержке жилищного сектора. Уровень урбанизации Китая (около 65% в 2023 году) продолжает расти, несмотря на демографические трудности. Падение в продажах нового жилья замедлилось: 5% по результатам 8 месяцев в 2025 года.

Алексей Бесчастнов считает, что именно КНР будет оставаться одним из основных локомотивов роста мировой экономики.

Тем, кто боялся, что в Поднебесной вырастет свой лес и потребность в импорте отпадёт, спикер даёт однозначный ответ: на горизонте 10-15 лет страна останется в сильной зависимости от ввозимого круглого леса и пиломатериалов. Несомненно, плантационные леса в Поднебесной растут, однако запас на гектар в них низкий: в среднем всего 70 м3/га, доля молодняков и средневозрастных лесов — более 70%. А северные регионы Китая и вовсе не имеют больших лесных территорий. Поэтому возможности замещения импортной древесины в Китае местными ресурсами ограничены, и Россия по-прежнему остаётся ближайшим крупным поставщиком пиломатериалов.

Стадия смирения

Если в прошлом году на секции, посвящённой ФГИС ЛК, шли нешуточные дебаты, а пространства в зале едва хватило, чтобы вместить всех желающих, то спустя год страсти утихли. Лесопользователи уже не боятся этого «зверя невиданного», не испытывают страха перед подачей электронной отчётности и не стоят в очереди с вопросами к разработчикам.

Они уже 9 месяцев укрощали систему, адаптировались к ней и накопили ряд предложений по доработке и усовершенствованию. Секция «Оборот древесины в государственном реестре с использованием ФГИС ЛК» прошла не в режиме тотального неприятия, она перестроилась в русло конструктивного диалога с законодателями и авторами-разработчиками программы.

Крупные игроки лесопромышленного комплекса — своеобразные индикаторы отрасли, на мнение которых ориентируется мнение большинства. Так, начальник службы лесопользования АО «СЛПК» Алексей Зайцев не в первый раз принимает участие в форуме и традиционно высказывает позицию компании по наиболее острым вопросам. В этот раз он акцентировал внимание на серьёзных и, судя по откликам, существенных недоработках ФГИС ЛК.

«Вопрос, с которого я хочу начать, серьёзный, он вызывает много споров и последствий для двух сторон. С какого момента лесопользователь имеет право приступить к использованию участка? Лесопользователи руководствуются пунктом 6 Приказа N 303 от 29 апреля „Об утверждении формы лесной декларации, порядке её заполнения и подачи, требований к формату лесной декларации в электронной форме”.

В нём указано, что лицо, подавшее лесную декларацию, имеет право приступить к использованию участка после получения извещения о её приёме. Но фактически мы должны дождаться ещё и второго извещения о внесении сведений в государственный лесной реестр», — поясняет ситуацию эксперт.

Однако на втором этапе начинаются нестыковки, документ проходит дополнительные проверки, в результате которых пользователь может получить отказ о внесении сведений в ГЛР. Таких примеров в зале нашлось несколько. Г-н Зайцев отметил, что в начале этого года, когда система работала ещё не так бодро и корректно, как сейчас, разрыв между первым и вторым извещениями достигал двух-трёх месяцев.

«Известны случаи, когда в марте, в самый разгар заготовительного сезона, лесопользователь получал только первый документ, он просто не мог себе позволить терять время и ждать второе извещение. Поэтому на свой страх и риск начинал работу на участке без него, а это чревато последствиями и для него, и для сотрудников органов исполнительной власти. Один будет нести ответственность за заготовку, на которую ещё не имел права, другой — за принятую декларацию, которая не прошла дополнительных проверок», — рассказывает спикер.

По его мнению, процесс внесения сведений в ГЛР необходимо оптимизировать, чтобы сделать разрыв минимальным. В компании предлагают разработчикам рассмотреть автоматизацию процесса, чтобы система сразу при подаче декларации заносила данные в ГЛР, или усовершенствовать процедуру, сделав единый документ.

«Одно общее извещение избавит лесопользователя от лишних волнений. Получив его, не нужно думать, какие ещё действия следует предпринять, чтобы, наконец, начать заготовку на участке», — уверен Алексей Зайцев.

Кроме этого, спикер отметил ещё один проблемный вопрос, который касается корректности данных, занесённых в систему.

«В частности, речь идёт о выделенной квартальной сети. Ни для кого не секрет, и об этом много говорили в начале форума на пленарном заседании: реальная квартальная натурная сеть отличается от занесённой во ФГИС ЛК. К сожалению, большой процент пользователей столкнулся с такой картиной, когда он производит отвод по натурной квартальной сети, которая имеется на местности, не выходит за границы лесных участков, не пересекает другие лесосеки, а при наложении материалов на сеть ФГИС ЛК наблюдает это пересечение.

Тут можно долго рассуждать, кто занёс эти данные, почему они оказались некорректными, как их „перезаливать”. Здесь, на мой взгляд, нужен механизм или технический инструмент для органов власти, подразумевающий исправление границ кварталов, исходя из фактических координат», — считает эксперт.

Не лишними будут натурные выезды для сверки корректности, однако из-за недоработки нормативной базы пока непонятно, какое ведомство имеет на это полномочия. Одни эксперты уверены, что это право должно быть у субъектов госвласти, кстати, технически они это делают, не имея при этом юридических оснований.

Живой и открытый диалог представителя АО «СЛПК» с органами власти о пробелах в нормативной базе, границах ответственности и вариантах их устранения даёт надежду на усовершенствование системы и принятие лесопромышленниками цифровой эпохи отрасли.

Эксперты отмечают, что посещение форума неизменно оставляет ощущение глубокого погружения в актуальную повестку отечественного лесопромышленного комплекса.

«Программа мероприятия охватила ключевые задачи, стоящие сегодня перед отраслью: от стратегических вопросов интенсификации лесного хозяйства и цифровой трансформации до конкретных мер поддержки экспорта и анализа новых рынков сбыта. Особую ценность с научной точки зрения представили сессии, где макроэкономический анализ переплетался с глубокими отраслевыми прогнозами.

Полная аналитика, охватывающая варианты развития экономики России и роль ЛПК на уровне субъектов, позволила выстроить целостную систему координат, в которой любая технологическая инновация обретает стратегический смысл и экономическое обоснование», — делится мыслями аспирант Лесотехнического Университета (СПбГЛТУ), руководитель направления технологии ЛКМ бренда «FORZE» Ольга Белова. Она отметила актуальность форума не только со стороны науки, но и с профессиональной точки зрения.

«Наиболее примечательными для меня стали дискуссии в рамках секций «Реализация приоритетных проектов новыми компаниями для ЛПК» и «Рынок пиломатериалов: производство, экспорт, внутреннее потребление». Эти вопросы напрямую коррелируют с задачами разработки современных, эффективных и технологичных покрытий. Понимание этих процессов позволяет нашему бренду более точно формировать продуктовые портфели, отвечающие реальным запросам производителей».

Текст: Марина Каталакиди, фото предоставлены ООО «ВО «РЕСТЭК»