Сырьевая биржа: пошли на второй круг | Лесной комплекс
Сырьевая биржа

Сырьевая биржа: пошли на второй круг

Сырьевая биржа, по мнению чиновников, должна была стать действенным инструментом в борьбе против серых схем продажи леса и контрольной точкой соприкосновения интересов продавцов и покупателей различных форм собственности. Первые шаги в этом направлении были сделаны ещё в 2007 году, но результатов не принесли. Вертикаль продолжила лоббировать тему создания лесной биржи, и в 2014 году сырьевой вопрос пошёл на второй круг.

Сегодня торговля лесом осуществляется на различных площадках. В большей степени пользуются спросом интернет-ресурсы, где сосредоточена основная масса заинтересованных лиц. В их числе достаточно известная торговая площадка Санкт-Петербургской международной товарно-сырьевой биржи, на которую в своё время сделали ставку и госструктуры некоторых регионов страны.

Ожидания и реальность

В разные периоды концентрация игроков на бирже в секции «Лес и лесоматериалы» менялась с незавидной прогрессией. Казалось бы, с момента подписания договора между правительством Иркутской области и представителями Санкт-Петербургской международной товарно-сырьевой биржи (СПбМТСБ) прошло более года, но проект заработал после длительных обсуждений специфики и правил. Тогда именно с Приангарья началась лесосырьевая эпопея, в которую ввязались несколько лесхозов и частные арендаторы лесных угодий.

Первые торги пилотного проекта прошли с участием 24 хозяйствующих субъектов, которые выставили более двух десятков лотов общим объёмом около 50 000 м3 лесоматериалов. Так вышло, что первую сделку зафиксировали уже спустя 20 минут после открытия биржи. По ней прошла продажа 2 000 м3 сосны почти по 2 000 рублей за куб. В итоге в тот день с молотка ушло свыше 28 000 м3 по двенадцати договорам. В целом структура проданного леса в большей степени была представлена сосной 63% в общем объёме продаж, на лиственницу пришлось лишь 4%, а на смешанные лоты всего 33%.

В преддверии открытия лесной ветки вице-президент СПбМТСБ Михаил Темниченко, признался, что лес — довольно сложный для биржевой торговли товар, в котором кроме пород и сортов, надо учитывать и диаметр, и длину, и другие особенности древесины. Он сказал, что невозможно весь лес реализовать в формате биржевых торгов. Но, по его словам, есть основные товарные позиции, которые пользуются наибольшим спросом. Именно они и должны торговаться в классическом биржевом формате, формируя справедливую цену, полученную в результате анонимных торгов. На базе этой цены можно заключать любые другие сделки с лесом через скидку или премию к биржевой стоимости. Одним словом, лес стал ещё одной товарной позицией биржи с минимальным размером лота в 25 м3. Все сделки проходят через брокеров, а сами торги раз в две недели. Объёмы, на которые уповали инициаторы проекта, увы, не зашкаливают, хотя частота торгов перешла практически в ежедневный режим. А планы-то соразмерно амбициям должны были расти: до конца 2014 года планка по реализации леса через биржу была установлена в миллион кубометров. А спустя некоторое время должна достигнуть отметки в 5-6 миллионов кубов. Но грандиозные планы широкомасштабной торговли лесом через биржу не осуществились, несмотря на то, что лесозаготовители выдавали на-гора многомиллионные «кубы».

Фото: artstroi.nethouse.ru

Позднее заместитель председателя правительства Иркутской области Михаил Литвин ясно дал понять, что в скором времени все областные лесхозы будут продавать всю заготавливаемую древесину через биржу. Не помогла и проработка инициатив в виде торговых площадок в лесхозах. Не привлекли распростёртые объятия биржи и частных арендаторов, и крупных лесозаготовительных предприятий. Привлекательный механизм для потенциальных потребителей древесины оказался не востребован. Так что прогноз г-на Литвина на ближайшую перспективу всё же дал осечку. Бесспорно, в правительстве области очень рассчитывали, что лесная биржа станет дополнительным рычагом вывода отрасли из тени. Мечта о формировании прозрачного рыночного механизма продажи лесоматериалов пока остаётся мечтой. И лишь частично реализованы условия для контроля и регулирования рынка, в том числе, через понятные ценовые индикаторы. Дело в том, что иркутский госсектор после активизации на бирже продолжает до сего дня торговать древесиной. А вот лесопромышленников там не видать. Впрочем, они как-то сразу скептически отнеслись к этой инициативе.

«Демонстрационные торги не дают повода для оптимизма. «Кругляк» — не совсем биржевой товар. Он сложно поддается стандартизации: лес, растущий в одном районе области, отличается о леса из другого района. Он всегда торговался на месте: чтобы покупатель мог товар осмотреть, замерить диаметр бревна, и тут же с продавца договориться о цене. Здесь же предлагают покупать кота в мешке. А если при вывозе возникнут вопросы к качеству леса? Чтобы серьёзные продавцы пришли на биржу, нужно сделать так, чтобы им это было выгодно, а цена в 2 000 рублей за кубометр сосны — ниже сегодняшней рыночной, которая находится на отметке около 100 долларов. Или же необходим серьёзный правительственный документ, обязывающий всю торговлю лесом вести через биржу», — высказался президент Союза лесопромышленников и лесоэкспортёров Иркутской области Юрий Логачёв.

Кстати, по примеру коллег по цеху, Красноярский край также в 2015-м ступил на стезю биржевой торговли. Такое сотрудничество должно было стать очередным шагом к развитию биржевой торговли и внедрению передовых биржевых технологий. Прожектор перспектив формирования справедливых рыночных цен на продукцию лесопромышленного комплекса фактически ослепил представителей власти. Но, к сожалению, хвалёные биржевые инструменты так и не увеличили прозрачность рынка, а налоговые поступления в бюджет края, здоровая конкуренция и инвестиционная привлекательность предприятий остались, в лучшем случае, на бумаге. Как ни печально, но обещаниям, что давал Михаил Темниченко в четвёртом номере нашего журнала «Лесной комплекс Сибири» за 2015 год, так и не суждено было сбыться. А именно, нет сегодня на торгах ни одного участника из стран СНГ, и уж тем более компаний из Поднебесной, о которых так грезил представитель биржи.

Кроме прочего, утверждения о том, что «электронные торги позволяют противодействовать координации действий некоторых групп покупателей: когда они договариваются и вместе демпингуют на рынке» нельзя считать абсолютом. Так как даже заместитель Министра природных ресурсов и экологии Российской Федерации Иван Валентик на КЭФ говорил о том, что конкурсные торги в лесной сфере с участием всего одного покупателя выглядят подозрительно, и отказывался в них верить. Соответственно, от сговора даже в данном случае не уйти, и эта реальная канва многих сделок.

Итоги торгов с января по апрель 2017 года в секции «Лес и стройматериалы» СПбМТСБ

Ни одного красноярского лесхоза сегодня нет среди участников торгов. Только иркутские лоты, да и то с мизерными объёмами мелькают на аукционах. Да и в первые месяцы на лесной бирже иркутские торговцы реализовали всего 35 500 кубометров круглого леса. Сами представители СПбМТСБ признали, что объём проданного леса крайне мал и обуславливали это сезонностью.

«Мы понимаем, что объём реализации небольшой, так как торги проходили летом, в несезон, кроме того в это время много лесов в Приангарье горело», — пытался очертить причины несостоятельности торгов директор по региональному развитию СПбМТСБ Всеволод Соколов.

Он также указал на факторы, сдерживающие развитие проекта: сложности с кредитованием покупателей леса и географическая узость проекта. На его взгляд, необходимо расширять территориальные границы биржи, приглашая участников из других регионов.

Стойкие «оловянные солдатики»?

Сейчас на Санкт-Петербургской Международной товарно-сырьевой бирже заявлено шесть административных центров: Архангельск, Санкт-Петербург, Москва, Уфа, Красноярск, Иркутск. Однако в лесной секции активность по-прежнему оставляет желать лучшего. Упорно поддерживают статистику торгов лишь иркутские лесхозы. Это и понятно, ведь в этом году, по заявлению министра лесного комплекса региона Сергея Шеверда, вся заготовленная древесина пойдёт с молотка именно на бирже. Как оказалось, для этого уже к концу года будет организована областная ассоциация лесхозов.

«На следующий год мы планируем осуществлять стопроцентную реализацию леса через биржу. Сейчас идёт процесс создания ассоциации лесхозов, при которой будет работать брокер, реализующий древесину. Пока же мы продаём лес через брокеров СПбМТСБ», — рассказал г-н Шеверда.

Так в скором времени они упорядочат и процесс отбора компаний-покупателей на бирже. И это при таком-то спросе и рисках задержки товара?

«В торгах должны участвовать только компании, показывающие хорошую налоговую отдачу в бюджет Иркутской области. Мы ограничим доступ фирмам-однодневкам и организациям, у которых нет перерабатывающих мощностей», — выказал серьёзность намерений Сергей Шеверда.

Кстати, за 2016 год лесхозы реализовали через биржу 580 000 кубометров древесины при плане в 500 000 кубометров. Хотя в 2015 году было продано всего 60 000 кубометров. Прогресс налицо, но один в поле не воин, и эффективность сырьевой биржи как действенного инструмента притока средств в бюджет страны остаётся под вопросом. Тем более, что и сам министр говорит, что «лес — скоропортящийся товар. Если его не реализовать за 30 дней, он может испортиться, и тогда владелец вместо прибыли получит убытки. Предпринимателю сподручней продавать лес по прямым договорам, а не ждать у моря погоды, пока ему кто-то что-то предложит». Если говорить о привлекательности продаж, то в данном случае нет уверенности, что на биржевых торгах можно получить лучшую цену на товар. Как-то Всеволод Соколов сказал, что «биржевые торги — механизм максимально прозрачный. К сожалению, мы не знаем, хотят ли участники лесного рынка работать на полностью прозрачных условиях». Да и кто сейчас захочет менять старый уклад на новый? Со стороны частного бизнеса до сих пор чётких телодвижений в сторону данной сырьевой биржи не наблюдается. Зато завидную активность торгов можно встретить на базе лесных порталов и форумов. Там-то и сосредоточена основная элита лесной коммерции. Бесспорно, в случае выхода всех торгов по лесу на биржевой уровень вопрос с нелегальными вырубками будет решён полностью. Кстати, некогда по такой схеме развивался лесозаготовительный бизнес и в Республике Беларусь.

«Правительство Республики Беларусь включило древесину в перечень товаров, которые могут продаваться только на бирже. Без этого и нам не обойтись», — считает Юрий Логачёв.

Он неоднократно говорил о сложностях работы с лесом через биржу. С его слов ясно, что бревно не является в классическом представлении биржевым товаром. И совсем не одно и то же продать нефть и бревно. Поскольку лес может быть как свежесрубленным, так и полежавшим на складе, с сучками и без, может быть происхождением из разных регионов. Соответственно, и качество его может отличаться не только от партии к партии, но и от бревна к бревну. А значит, необходимо разрабатывать стандарты, чтобы покупатель понимал, что приобретает. Юрий Логачёв высказал своё согласие в том, что биржа могла бы вывести рынок на прозрачную работу и решить проблему с «чёрными лесорубами». Ведь в Иркутской области ежегодно теневые структуры нелегально рубят порядка 3,5-4 млн кубометров. А это недополученная прибыль и урон федеральной казне. Как правило, сейчас процветает предпродажная налаженная схема, когда товар, находящийся на складах поставщиков, покупатель заранее осматривает, а уж потом принимает решение о покупке. Такое положение дел не устраивает представителей власти, и они заявляют о необходимости создания систем аккредитованных биржевых складов. В частности, этот вопрос озвучил президент СПбМТСБ Алексей Рыбников. По его мнению, такие склады будут созданы на базе уже существующих в области. А специалисты станут подавать данные о количестве и качестве товара, находящегося на них. Однако сроки внедрения новой схемы складской биржевой логистики не оговариваются, ведь всё зависит от объёмов продаж. А они, как показывает практика, далеки от идеала.

Несмотря на то, что продажи дышат на ладан, Пермский край с марта этого года также включился в биржевую игру. Чем обернётся данный шаг для лесной когорты региона, покажет время. А пока, судя по размещённому на сайте Санкт-Петербургской товарно-сырьевой биржи бюллетеню, по итогам торгов за 3 марта 2017 года была продана одна партия берёзового фанерного кряжа объёмом 100 кубометров за 210 000 рублей. То есть по 2 100 рублей за кубометр, с верхнего склада Соинского участкового лесничества, на условиях «франко-склад продавца» или, точнее, самовывозом. Такие результаты никак нельзя назвать блестящими, поэтому-то всю шумиху вокруг сырьевой биржи некоторые оправдано считают пропагандой. И как не крути, а древесина не является однородным продуктом и требует детального учёта качества, так что всегда есть риск приобрести кота в мешке. Никто до сих пор и словом не обмолвился о возможном провале пилотного проекта, хотя с таким количеством участников торговля на лесной бирже, кажется, продолжает медленно, но верно идти ко дну.

Статья опубликована в журнале Лесной комплекс №3 2017

Нашли ошибку?

Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl + Enter

Новости
Сканер Finscan

Компания Microtec Espoo поставит два скоростных сканера сибирским деревообработчикам

Успех и эффективность любого деревообрабатывающего предприятия зависят в первую очередь от оборудования. Деревообработчики...

Читать далее...

Понравилась статья?

Рынок

Выбор читателей

в начало
Лесной комплекс

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.