Какой помощи от государства не хватает ЛПК | Лесной комплекс
Оптимизируйте производство
Узнать больше Свернуть
Развернуть

Создайте эффективную систему бюджетирования и финансового планирования.
Оптимизируйте логистику лесообеспечения и готовой продукции. Обеспечьте отгрузки продукции клиентам точно в срок с системой планирования со встроенными инструментами оптимизации.
Ознакомьтесь с предложениями экспертов Columbus.

Подробнее Свернуть

Какой помощи от государства не хватает ЛПК

Сегодня государство относится к лесной промышленности серьёзно — как к одной из стратегически важных отраслей. Об этом говорит целый ряд нормативных актов, позволяющих предприятиям ЛПК получать субсидии, участвовать в программах кредитной поддержки и софинансирования. Кроме того, практически окончена работа над новой Стратегией развития лесного комплекса до 2030 года.

Фото: npzles.ru

Но, тем не менее, множество вопросов ещё остаются нерешёнными. Трудности при транспортировке древесины, высокие железнодорожные тарифы, отсутствие должного рынка малоэтажного деревянного домостроения, отсутствие собственного современного лесного машиностроения — это далеко не весь перечень проблем, стоящих перед отечественным лесопромышленным комплексом. В каких ещё моментах работникам сферы ЛПК необходима поддержка государства?

Фото: s-masters.org

Непаханное поле

Как мы уже говорили, в сфере лесопромышленного комплекса есть, над чем работать.
Мы рассмотрим проблемы ЛПК, о которых говорят специалисты отрасли, о которых пишут СМИ и которые отмечает в своих докладах Минпромторг.
Пожалуй, первая проблема, о которой говорят многие специалисты отрасли, — это лесное законодательство. Как могут решаться и контролироваться различные вопросы в сфере ЛПК, если основной документ, а именно Лесной кодекс, со дня введения перечеркнул многое, что нарабатывалось десятилетиями, и не дал взамен реальных действенных механизмов решения существующих и динамично возникающих проблем и задач, связанных с ведением, лесного хозяйства и лесопользования. По данным «Гринпис России» за последние 15 лет законы менялись 62 раза, из них 61 раз по новому Лесному Кодексу, и ещё неизвестно, сколько будет.
«Необходимо внести ряд изменений в действующее лесное законодательство, начиная непосредственно с Лесного кодекса 2007 года, который во многом навредил и государству, и отрасли. Новое законодательство должны составлять люди грамотные, разбирающиеся в лесной отрасли. И необходимо разрабатывать всё по регионам. А то на протяжении 10 лет у нас один закон для лесопромышленников Кавказа и Сибири», — отметил председатель правления Союза лесопромышленников Красноярского края Олег Дзидзоев.
Речь идёт о том, чтобы положения основного лесного закона позволяли субъектам РФ издавать собственные подзаконные нормативные акты по лесопользованию, охране, защите, восстановлению лесов учитывающие лесорастительные, экономические, социальные и другие особенности территорий, разрабатывать региональные правила заготовки древесины и многое другое, требующее, порой, принятия незамедлительных управленческих решений.
Но для того, чтобы составлять подобную региональную документацию, необходимо изучить лес. А тут всплывает проблема лесоустройства. Проще говоря, не зная лес, его состав и особенности, очень трудно в нём эффективно работать. Также достаточно затруднительно проводить на территориях полноценные лесоохранные и лесовосстановительные мероприятия, которые необходимы для нормального функционирования ЛПК.
«Первое, что на наш взгляд необходимо сделать, это провести инвентаризацию отечественных лесов, а фактически их лесоустройство. Уже более 20 лет 80% материалов лесоустройства не обновлялось. Те материалы, что есть, устарели и не несут объективной оценки состояния лесов как имущественного комплекса. А то, что есть, те 20%, исследовали крупные предприятия, которые на своих арендованных участках приводили всё в порядок.
О какой эффективности ведения хозяйства может идти речь, если собственник имущества не знает его цену и состояние? Финансирование лесоустройства — прямая функция государства.
Если на сегодняшний день на незакреплённых лесных участках вопрос несоответствия данных лесоустройства фактическим натурным данным лесных насаждений решается путём составления и утверждения соответствующего акта, то по арендным участкам составление таких актов недопустимо, и получается, что арендатор платит деньги за лес, исходя из данных инвентаризации лесов двадцатилетней давности. А есть ещё выход: провести лесоустройство за свой счёт. Только вот суммы обычно семизначные и далеко не всем посильные.
Также необходимо раз и навсегда ввести дифференцированный подход при определении стоимости древесины по договорам купли-продажи и договорам аренды в зависимости от категории состояния насаждений и качества древесины. Почему лесозаготовитель сегодня платит одинаково за высококачественную древесину ангарской сосны и за ту же сосну, погибшую и обожжённую в результате лесного пожара?
Необходимо ввести простой, понятный, быстрый и безвозмездный механизм внесения изменений в договора аренды. Арендатор лесного участка, взявший в аренду федеральное имущество в случае его повреждения по причине, к примеру, деятельности сибирского шелкопряда, понесёт существенные финансовые и временные расходы на внесение изменений в договор аренды и сопутствующие ему документы и всё равно будет вынужден платить за «дрова» как за зелёный лес.
На данный момент у арендатора лесного участка нет никаких стимулов к первоочередной вырубке погибших и повреждённых лесных насаждений на собственном арендном участке. Почему, несмотря на многочисленные обращения, федеральные чиновники не позволяют арендатору оперативно и, самое главное, сверх объёмов текущей расчётной лесосеки вырубить погибшие леса? А чем это не мера государственной поддержки среднего бизнеса? Арендатор и погибший лес уберёт, пусть с много меньшей рентабельностью, но не даст пропасть на корню древесине, и текущую расчётную лесосеку сможет освоить по потребности», — прокомментировал исполнительный директор Союза лесопромышленников Красноярского края Владимир Пономарёв.

Всё выливается из дорог

Целый ряд индивидуальных для отдельных сегментов и общесистемных проблем в лесопромышленной отрасли отметил Минпромторг в своей презентации «Направления развития лесопромышленного комплекса России» за 24 октября 2016 года.
Одна из указанных в документе проблем — это относительно невысокий внутренний спрос на лесопродукцию.
С данным заявлением можно поспорить, поскольку на внутреннем рынке отечественная лесопродукция, среднего ценового сегмента используется довольно интенсивно. Другое дело стоимость этой продукции, платежеспособность населения и отсюда — доступность кредитных средств.
Другая острая проблема — низкая плотность лесных дорог. Лесные дороги круглогодичного действия, практически не строятся. Лесозаготовители используют сезонные зимние дороги, которые не всегда позволяют создать достаточный межсезонный запас древесины для работы лесоперерабатывающих предприятий. Государство же, являясь собственником территории лесного фонда, должного внимания и поддержки не осуществляет. Более того, на сегодня законодательно запрещено и не определен механизм строительства лесных дорог субъектами малого и среднего бизнеса, при заготовке древесины по договорам купли-продажи, на не арендованных лесных участках.
Да и вообще, вопросов логистики достаточно много. Тут кроется и качество дорог, из-за которого устанавливаются пункты весового контроля, где за превышение веса груза берут неплохие деньги.

Железнодорожная инфраструктура

Но транспортировать нелёгкий во всех отношениях лес и лесопродукцию как-то нужно, прикажете выбирать ЖД? Но здесь рыбной костью в горле становятся высокие железнодорожные тарифы на транспортировку лесопродукции.
Желаемый экспорт продукции в особенности из Сибирского региона не налаживается также по «железнодорожной» причине.
Кстати, ситуация, когда большая основная концентрация лесосырья находится в азиатской части РФ, а перерабатывающих мощностей — в европейской, тоже делу не помогает. Учитывая высокие ж/д тарифы на перевозку, снижается привлекательность и доступность отечественного сырья, и эффективность ЛПК в целом.
Очень важный вопрос для лесной отрасли, например, Красноярского края — это окончание строительства железной дороги Карабула-Ерки, так как объёмы производства и реализации растут ежедневно, а станция Карабула не в состоянии справляться с постановкой и отправкой вагонов.
Если в ближайшее время не найти финансирование и не начать строительство, то миллионы, потраченные ранее, просто будут пущены на ветер.
Также на многих станциях и переездах не хватает локомотивов для маневровой работы — отсюда простои, штрафы, убытки.
Необходимо сказать о сложностях у лесоэкспортеров с таможней, связанных с постановкой ЖД вагонов под наблюдение и на досмотр в Богучанском районе. По этой причине вагоны простаивают от 3-х до 10-и суток, что помимо штрафов создаёт сложности ЖД станциям по постановке и уборке вагонов на ж/д тупиках.
Всё это из-за отсутствия таможенного поста в районе станции Карабула и непонятной Федеральной автоматической программы, которая выдаёт постановку на досмотр вагонов автоматически.

Фото: twitter.com/rosles45

Не умеем превращать отходы в доходы

Проблема логистики и дорог также переплетается с вопросами переработки низкосортной древесины и древесных отходов, где возникает ряд сложностей. Об этом ничего нет в презентации Минпромторга, но на эту проблему указал в своей публикации научно-исследовательский и аналитический центр экономики леса и природопользования.
По данным центра, приведённым в 2015 году, в ЛПК России в среднем ежегодно образуется около 80 млн кубометров древесных отходов. При этом для технологических нужд и переработки используется только 45%. Проблема неповсеместной переработки, конечно, есть. Наши предприятия скорее предпочитают сбывать отходы за границу или и вовсе бросать где придётся, зачастую не заботясь ни о пожарной, ни о санитарной безопасности.
Конечно, есть ряд отечественных предприятий, которые не только сами производят пеллеты и древесные топливные брикеты, но и продают их за рубеж. Среди них, например, такие крупные производители «Лесозавод 25», «ДОК «Енисей», «СТОД». Но практически нет мелких и средних предприятий рядом с крупными местами лесозаготовки и лесопереработки, которые могли бы задействовать опилки, кучи горбыля, различные «неделовые» части древесины прямо на месте.
Тут, как считают специалисты отрасли, возможны два варианта. Или снизить логистические тарифы, чтобы, например, приенисейские части Красноярского края, Иркутская область, Приморский край, республика Коми и другие более лесистые регионы страны могли отправлять «дрова» на переработку. Или обеспечить более удобные условия для мелкого и среднего бизнеса, чтобы им выгодно было перерабатывать лесные отходы прямо на месте. Таким образом значительно улучшилась бы и экономика, и экологическая обстановка страны.
«О необходимости переработки отходов лесопиления, которые остаются на заготовительных лесных участках, мы говорим уже более 10 лет. Неоднократно писали и в правительство края, и на федеральный уровень. Слава Богу, нас порой слышат, в 2009 году поступило указание сверху, чтобы начали из отходов лесопиления делать пеллеты, брикеты и т. п. Но, к сожалению, дальше этого дело не пошло. Я требую от имени Союза, чтобы нас услышало руководство и регионального и федерального уровней, чтобы сделали доступней кредитные ресурсы и льготные в радиусе двух, ну максимум пяти процентов.
Но, главное, без залогов и прочего, потому что малый и средний бизнес не всегда имеют возможность обеспечить залоговым имуществом, чтобы получить кредит. Это необходимо сделать сегодня, чтобы в каждом лесном районе, где накапливается много опилок и боковых досок и всего того, что для дальнейшей обработки не подходит, небольшие предприятия могли перерабатывать всё на месте.
А пока что, наши малые и средние предприятия, когда заготавливают древесину на арендованных участках и по договорам купли-продажи лесных насаждений, вывозят деловую древесину, а балансовую часть, комлевую, макушки и прочее бросают. Потому что вывозить их невыгодно, транспортная логистика не позволяет. Поэтому и различные дорожные тарифы нужно снижать», — уточнил Олег Дзидзоев.

«Золотые» станки

Следующая проблема — дорогостоящие импортные станки при отсутствии российских аналогов сопоставимого качества. Но здесь меры уже принимаются, об этом подробнее мы напишем ниже, лесопромышленные предприятия уже освободили от НДС при ввозе импортного деревообрабатывающего оборудования. Однако тут, возможно, государству стоит поддерживать и смежную отрасль. Производители, вероятно, и рады бы запустить выпуск более сложных станков для лесной промышленности, но здесь также нужны помещения, средства, разработка новых технологий. Если продолжать поддерживать производителей этого направления, то и в сфере ЛПК упростится ряд моментов.

Лесное машиностроение в России

Одной из основных предпосылок инновационного сценария, развития лесного комплекса России, который предусматривал целевые меры государственной поддержки лесного комплекса, в Стратегии развития лесного комплекса Российской Федерации на период до 2020 года, называлось восстановление отечественного лесного машиностроения на базе использования российского и зарубежного научно-технического потенциала, государственной поддержки инновационной деятельности и отраслевой научно-технической сферы, закупки лицензий, организации совместных производств.
В качестве основных НИОКР, призванных обеспечить инновационное развитие лесозаготовительного производства и лесного машиностроения был назван целый перечень.
Это разработка нового поколения лесных машин конкурентоспособного уровня с улучшенными функциональными характеристиками, щадящими воздействиями на лесную среду, увеличенными показателями надёжности. Разработки импортозаменяющих образцов машин и оборудования, в том числе машин для заготовки сортиментов, колёсных трелёвочных машин, самоходных канатных трелёвочных установок, лесопогрузчиков манипуляторного типа, лесовозных автопоездов с повышенной нагрузкой на ось. А также разработка лесозаготовительных машин и технологий для заготовки древесины в сложных природных условиях (слабонесущие грунты, сильно пересечённая местность, горные условия).
Прошло 8 лет. В настоящее время крупные лесные предприятия, наращивая обороты, вынуждены закупать импортное, зачастую бывшее в употреблении, лесозаготовительное оборудование за рубежом теряя огромные средства на тарифы и пошлины. Мелкий и средний бизнес, как и в прошлом веке, использует ручную заготовку с хорошими, но гораздо менее производительными ТТ-4, ЛТ-72.
Не пора ли обратить внимание государства на практически полностью деградировавшее в стране лесное машиностроение?

Рубим втихаря?

Стоит упомянуть масштабную проблему, которая является обратной стороной российского лесного богатства. Это проблема незаконной вырубки и последующей реализации древесины.
По оценкам Всемирного фонда дикой природы России и Всемирного банка, около 20% древесины, заготавливаемой в стране, добыты незаконно. То есть, если взять данные за 2015 год о том, что в России заготовили 206 миллионов кубических метров древесины, то примерно 40–50 миллионов кубических метров — нелегальных.
Ещё более ёмко звучит мнение руководителя Лесной программы Всемирного фонда дикой природы Елены Куликовой, представленное в многочисленных СМИ о том, что каждое четвёртое изделие из дерева в России имеет «сомнительное происхождение». Этот вопрос регламентируется двумя статьями — 260 УК РФ и 8.28 КоАП РФ, применяемыми с учётом обстоятельств дела и величины причинённого ущерба.
Но самое интересное, что в так называемой незаконной вырубке могут участвовать, как браконьеры, так и легальные крупные арендаторы, малые и средние предприятия не задекларировавшие или не оформившие сделку либо отчет в ЕГАИС. Формально — это древесина «сомнительного происхождения».
Как правило, вырубают лес «втихую» граждане, имеющие для этого все необходимые технические приспособления и не желающие обременять себя тратой времени и денег на выписку лесосеки, платить достаточно большие налоги в случае создания и легализации предприятия.
Развитие отрасли тормозит ещё и высокая процентная ставка по кредитам для предпринимателей. Многие проекты попросту не могут завершиться, потому что процентные ставки по кредитованию стали неподъёмными для отрасли. Делу могли бы помочь различные льготы от государства, льготные краткосрочные кредиты благодаря которым предприятия смогли бы не только приобрести нужное оборудование, но и частично финансировать текущую деятельность, создавать межсезонные запасы.
Не стоит забывать и про то, что леса используются и активно убывают, а новые за год не вырастут. В стране недостаточно объёмов и не особо высоко качество работ по воспроизводству лесов. В течение 2014-2016 годов российский лесопромышленный сектор стабильно увеличивал объёмы заготовки древесины. Но вот так же скоро воспроизводить срубленные леса у нас пока не получается. По данным портала «Wood», в России ежегодно сплошные рубки проводятся на площади порядка 1 миллиона га, 80% из них на лесных участках, предоставленных в аренду.
Проблема стала настолько заметной, что в декабре 2017 года ввели законопроект «О комплексном лесовосстановлении». Президент России Владимир Путин прокомментировал эту меру так: «Нужно высадить деревьев, сколько было срублено в ходе реализации промышленного или инфраструктурного проекта. Вот если мы так будем подходить к решению проблем развития и сохранения природы, мне кажется, мы будем на верном пути!», — сообщает портал «Рослесвести».
В правительстве рассчитывают, что в скором времени удастся выйти на стабильную формулу: «на один гектар вырубок — один гектар лесовосстановления».

Фото: mpr-ra.ru

Горим

И несмотря на то, что 2016 год в России был «Годом лесовосстановления» и работам по лесовосстановлению было уделено особое внимание, ещё одна проблема сводит все старания на нет. Это проблема лесных пожаров. Ладно, если бы они происходили только из-за погодных условий, но, по данным «Российской газеты», в 80% случаев всему виной человеческий фактор. В одной из статей портала «WWF» за 2012 год руководитель Лесной программы Гринпис России Алексей Ярошенко отметил, что в 2012 году лесные пожары уничтожили 11 миллионов гектаров леса, при этом Росстат насчитал только 2 миллиона. В 2017 году данные экспертов Гринпис и Рослесхоза сошлись — площадь сгоревших лесов и лесных земель достигла примерно 4,8 миллионов гектаров.
Если изучить новостные сводки, то, чаще всего, основными причинами возникновения лесных пожаров становятся незатушенные костры, неаккуратное обращение с огнём в пожароопасное время. И люди не становятся осторожнее, даже если наказание предусматривает штраф от 1 500 до 400 000 руб. или исправительные работы сроком до 2 лет.
Да, лесная охрана восстановлена, но людей недостаточно, чтобы охватить столь масштабные лесные просторы. Здесь всё крутится вокруг финансирования этого вопроса. Возможно, стоит довести лесную охрану до такого количества сотрудников, которые могли бы охватывать достаточно большие площади. А также снабдить необходимой техникой, чтобы она не только могла вовремя находить «недобросовестных туристов», но и ликвидировать пожары на самых начальных стадиях, что поможет сберечь значительные участки леса.
Также масштабные лесные пожары возникают потому, что не всегда поступают правдивые данные о масштабах катастрофы. Региональные и областные власти или не хотят сообщать «плохие новости», или пытаются показать, что всё под контролем, но пока местные чиновники отмахиваются от помощи, маленькие пожары перерастают в большие. И по итогу мы теряем значительные лесные площади.

В России и в мире

Следующую проблему опять-таки выделил Минпромторг: несоответствующая потенциалу Российского ЛПК доля РФ в мировой торговле лесопродукцией. Эта проблема, по сути, вытекает из всех вышеперечисленных. Россия занимает первые места в списке стран, которые создают мировую структуру лесного фонда, потому как на долю нашей страны приходится более 20% мировых запасов древесины. Но тем не менее доля России в мировом объёме производства не превышает 5%, что не соответствует сырьевым возможностям государства. И, по данным портала «Wood-prom», доля приносимого от лесной промышленности дохода — примерно 4% от общей прибыли. Мы не можем полноценно использовать собственные древесные ресурсы и оттого не можем нормально выходить с соответствующей продукцией на мировой рынок.
Кстати, если коснуться зарубежной практики, как отмечает научно-исследовательский и аналитический центр экономики леса и природопользования, во многих странах мира, например, в Германии, Швеции, Латвии, Австрии, Финляндии и Китае используется и подвергается переработке до 95% древесных отходов, приняты различные программы, которые стимулируют переработку отходов, производство и потребление различных видов биотоплива в промышленности и системе ЖКХ. Возможно, стоит перенять некоторый опыт других стран и попробовать максимально использовать отходы лесопромышленности.
У некоторых стран вообще есть, что перенять в плане господдержки лесного комплекса.
«Меры государственной поддержки лесного бизнеса применяются во многих развитых странах мира. К примеру, в Швеции субсидируется часть затрат на рубки ухода за молодняком, вырубку тонкомерной низкотоварной древесины, строительство лесных дорог.
В Германии, оказывая финансовую поддержку, государство преследует цели сохранения защитных лесов, их ресурсного потенциала, содействия лесохозяйственному производству, условиям труда и сбыта лесной продукции. Основные виды деятельности, которые финансируются из бюджета государства: лесовосстановление и лесоразведение, строительство лесных дорог, создание лесохозяйственных объединений и союзов, борьба с вредителями и болезнями леса, улучшение и рационализация при производстве и продвижении на рынке продукции лесозаготовок и др.
Особое внимание в Канаде уделяется организации научных исследований и разработок (НИР) в области лесного хозяйства. Исследования ведутся различными ведомствами и учреждениями: федеральными и провинциальными институтами, университетами, частными компаниями и финансируются совместно — правительством и частными компаниями», — добавил Владимир Пономарёв.
Также нельзя упускать тот момент, что экономические санкции, введённые против России, всё же снизили темпы развития лесного сектора. Ещё в 2015 году многие страны ограничили импорт российской древесины. Введение экономических санкций в ряде стран не позволяют лесному сектору развиваться более энергичными темпами. И происходит это в основном из-за сырьевой направленности рынка древесины, неготовности либо отсутствия предприятий по внутренней глубокой переработке, недостаточного спроса, а порой неплатежеспособности потребителей продукции на внутреннем рынке.
Получается так, что практически все проблемы в сфере лесной промышленности достаточно тесно связаны, а потому требуют комплексного подхода.

Что уже сделано

По данным Минпромторга, за 2015-2017 годы государство сделало достаточно много для лесопромышленной отрасли.
На законодательном уровне отменили экспортные пошлины на продукцию глубокой переработки и на деревообрабатывающее оборудование, которое не производится в России. И освободили от НДС при ввозе деревообрабатывающего оборудования, не производимого в России.
Субсидирование предприятий и крупных проектов в сфере лесопромышленной области продолжается. За 2016-2017 годы принят новый законопроект, по которому регламентируется вопрос выдачи субсидий. Это Постановление Правительства РФ от 28 января 2016 г. Nº 41 (ред. от 06.10.2017) «Об утверждении Правил предоставления из федерального бюджета субсидий участникам промышленных кластеров на возмещение части затрат при реализации совместных проектов по производству промышленной продукции кластера в целях импортозамещения».
Уже есть несколько предприятий, которые получат господдержку в рамках этого постановления. Утвердили проекты по производству инновационных отечественных станков с ЧПУ, импортозамещающей элегазовой продукции и компонентов для гражданского авиастроения. По заявлениям Минпромторга, они должны были получить субсидиарную поддержку до конца 2017 года. Средства предоставляются на возмещение до 50% затрат при реализации совместных проектов по производству импортозамещающей промышленной продукции. Лесопромышленные предприятия, к сожалению, пока не попали под действие этой программы.
Также, согласно новой стратегии развития сферы ЛПК до 2030 года (разрабатываемой вместо стратегии развития до 2020 года), множество перемен в скором ожидает лесную промышленность. Многие специалисты не раз заявляли, что государство должно поощрять создание рынка малоэтажного деревянного домостроения, потому как это может стать сильнейшим стимулом для развития отечественной лесной промышленности. Лидеров на этом рынке несколько.
В США древесина используется в качестве основного конструкционного материала при постройке 95% новых домов, в Канаде — 83%, в Швеции — 78%. И даже островная Япония потребляет 40 млн кубическим метров древесины в год на нужды домостроения.
В России пока же доля деревянного домостроения составляет всего 12%.
Сейчас правительство ведёт работы в этой области. По поручению Президента готовят план мероприятий по расширению использования деревянных конструкций в строительстве. Основополагающим может стать проект «Развитие деревянного домостроения на территории Российской Федерации». Начали разработку механизма субсидирования потребительских кредитов, привлекаемых на приобретение деревянных домов заводского типа. По данным портала «Wood», планируется увеличить долю применения продукции деревянного домостроения в общем объёме строительства до 20% к концу 2025 года.
Также ключевой целью новой стратегии «2030» (разрабатываемой вместо стратегии «2020») является увеличение за 10 лет добавленной стоимости на кубометр заготовленной древесины в 2,5 раза — в первую очередь, за счёт развития глубокой переработки.

Поддержка малого и среднего бизнеса

Крупным предприятиям тоже не всегда удаётся получить помощь, но если сравнивать с малым и средним бизнесом, то «крупнякам» всё же гораздо проще получить господдержку. Особенно если они ещё и активно инвестируют средства в развитие различных важных для отрасли предприятий.
Существует ряд законодательных актов, которые регламентируют осуществление господдержки в том числе в лесной отрасли. Подобных постановлений и около 20, о них могут подробнее проконсультировать бизнес-юристы и юристы по льготам.
Но снова отметим, что малые и средние предприниматели в лесной сфере находятся в достаточно сложном положении. Часто они даже не знают, где проконсультироваться по вопросам получения помощи, а потому частенько действуют по принципу «хочешь жить — умей вертеться».
Можно получить консультации в региональных центрах поддержки предпринимательства. Так как многие такие центры находятся при районах администрациях, их услуги оказываются бесплатно.
Есть и федеральные корпорации по поддержке малого и среднего бизнеса. Например, программа стимулирования кредитования субъектов малого и среднего предпринимательства, которая реализуется Банком России и Корпорацией МСП, предусматривает ограничение процентной ставки по кредитам. Согласно программе, до уровня не более 9,6% годовых для субъектов среднего бизнеса и не более 10,6% годовых — для малого.
Также у подобных корпораций и центров есть ряд советов и схем, которые могут помочь предпринимателям получить поддержку.
«За получением поддержки в Корпорацию МСП могут обратиться субъекты малого и среднего предпринимательства всех регионов России, которые работают в различных отраслях промышленности, в том числе и представители лесной промышленности. Корпорация МСП оказывает малым и средним предприятиям финансовую поддержку, информационно-маркетинговую, обеспечивает предпринимателям доступ к закупкам крупнейших заказчиков, а также оказывает правовую и имущественную поддержку.
Финансовая поддержка Корпорации МСП подразумевает предоставление поручительств и гарантий. Гарантийная поддержка доступна субъектам МСП, желающим получить кредиты и займы в банках и иных финансовых организациях, заключивших с Корпорацией соглашение о сотрудничестве. Ещё один продукт Корпорации — предоставление согарантий совместно с РГО (региональные гарантийные организации).
Независимая гарантия может быть предоставлена в размере до 50% от суммы кредитов, а с участием региональной гарантийной организации —до 75% от суммы кредита.
Также дополнительным механизмом оказания финансовой поддержки субъектам МСП является создание и деятельность региональных лизинговых компаний, которые дают предпринимателям возможность приобретать оборудование по льготным ставкам – 6% годовых для оборудования отечественного производства и 8% годовых для оборудования зарубежного производства. Лизинговые компании уже работают в Татарстане и Башкортостане, но они оказывают поддержку предпринимателям со всей страны.
С начала 2017 года АО «Корпорация «МСП» развивает направление кредитно-гарантийной поддержки стартап-проектов, реализуемых субъектами малого и среднего предпринимательства», — рассказали нам в пресс-службе Корпорации МСП.
И как показывает статистика, деньги бизнесменам действительно выделяются. Главное, соответствовать требованиям Программы, а именно, являться субъектом МСП, иметь бизнес в России, не иметь отрицательной кредитной истории или задолженности и не находиться под процедурой банкротства.
«На сегодняшний день объём финансирования субъектов МСП, полученный с участием гарантийной поддержки НГС (Национальной гарантийной системы) в 2017 году, составил 213,2 млрд рублей (рост объёмов финансирования по сравнению с 2016 годом — 24%). При этом Корпорация и МСП Банк обеспечили предоставление финансовой поддержки в объеме 140,3 млрд рублей. Объём финансовой поддержки, обеспеченной региональными гарантийными организациями (включая совместное финансирование с участием Корпорации и МСП Банка), составил 94,9 млрд рублей», — отметили в пресс-службе Корпорации.
Текст: Мария Бобова

Статья опубликована в журнале Лесной комплекс №1 2018

Нашли ошибку?

Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl + Enter

Новости
Сканер Finscan

Компания Microtec Espoo поставит два скоростных сканера сибирским деревообработчикам

Успех и эффективность любого деревообрабатывающего предприятия зависят в первую очередь от оборудования. Деревообработчики...

Читать далее...

Понравилась статья?

Рынок

Выбор читателей

в начало
Лесной комплекс

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.