Круговорот проектов ЦБК | Лесной комплекс

Целлюлозно-бумажное производство — одна из самых стабильных отраслей российского лесопромышленного комплекса. Даже пандемия не пошатнула его позиции, поскольку заводы, выпускающие целлюлозу, бумагу и картон, встроены в цепочку производителей товаров первой необходимости, а спрос на их продукцию в минувшем году был устойчивым как на внутреннем рынке, так и на внешних. Нет проблем у бумажных комбинатов и с сырьём, поскольку для производства целлюлозы можно использовать невостребованную в других отраслях балансовую древесину.

Неудивительно, что заполучить новый ЦБК мечтает каждый лесной регион, не исключая территории, где такие производства уже действуют. Однако о запуске новых комбинатов не слышно уже больше 40 лет.

Байкальский прорыв: бумажный комбинат в Иркутской области

Последний целлюлозно-бумажный комбинат построили в Советском Союзе в 1974 году в Усть-Илимске. Похоже на то, что и первое в постсоветской России лесохимическое предприятие появится здесь же. «Большой Усть-Илимск» — флагманский проект инвестпрограммы Группы «Илим» — предполагает не только модернизацию действующих целлюлозных производств на комбинатах холдинга в Братске и Усть-Илимске, но и создание нового целлюлозно-картонного комбината мощностью 600 000 тонн картона в год. Старт проекту был дан в 2018 году, предполагалось, что запуск производства состоится весной 2022-го. Однако ситуация с пандемией внесла свои коррективы, отодвинув его завершение на 2023 год. Руководство компании неоднократно подчёркивало, что новый комбинат будет оснащён самыми современными доступными технологиями с учётом международных экологических требований и станет уникальным объектом, аналогов которому в России нет.

Строительство БТК в Лесосибирске обеспечит дополнительные
ежегодные налоговые поступления в бюджет Красноярского края в размере более 5,4 млрд рублей (при выходе на проектную мощность)

Региональные власти восприняли перспективу появления нового производства с энтузиазмом, что неудивительно: деревообрабатывающая промышленность является ключевой для Иркутской области, а сам регион входит в число дотационных. В таких условиях вставлять палки в колёса одному из крупнейших в стране лесопромышленных холдингов как минимум нерационально, учитывая, что он не только вносит существенный вклад в экономику области, но и оказывает содействие в решении социальных проблем.

Экологи же от проекта далеко не в восторге, как и местные жители. Во-первых, у них перед глазами пример работы Братского целлюлозно-картонного комбината — несмотря на все инвестиции в модернизацию, его по-прежнему считают одним из основных источников выбросов, от которых регулярно задыхается город. Во-вторых, над регионом до сих пор витает дух Байкальского целлюлозно-бумажного комбината, который полвека загрязнял воды «самого чистого озера на планете». До сих пор окончательно не решена проблема вывоза с территории заброшенной промплощадки химических отходов, которые не утилизировали после его закрытия.

Тем не менее к вопросу строительства новых целлюлозных предприятий в области возвращаются вновь и вновь. Оригинальное решение предложила национальная ассоциация лесопромышленников «Русский лес»: на Красноярском экономическом форуме в 2019 году вице-президент организации Маргарита Ли презентовала проект мини-ЦБК производительностью до 36 000 тонн в год. По её словам, малые мощности позволят избежать большого количества вредных выбросов в атмосферу и других негативных экологических последствий, причиной которых становятся крупные ЦБК, а кроме того, для производства не потребуется больших инвестиционных вложений.

Проект действительно интересный, правда, со времён КЭФ о нём не слышно. А жаль, ведь, по мнению некоторых экспертов, строительство малотоннажных комбинатов — перспектива гораздо более реальная, чем возведение миллионников практически с нуля.

«Заявить можно любой проект. Но инвестиции в размере около 2,5 млрд долларов с окупаемостью от 7,5 до 10 лет — не каждый решится на такой риск в ситуации, когда экономику лихорадит. Это первое. Второе — целлюлозное производство необходимо регулярно обеспечивать сырьём, иначе в нём нет смысла. Однако у нас крайне мало лесных ресурсов, находящихся в свободном доступе.

К тому же лесозаготовка — сезонный вид деятельности, и даже в сезон, чтобы попасть на деляну, а затем доставить древесину на производство, нужна инфраструктура. Такие издержки неизбежно вызовут существенное удорожание конечной продукции: для целлюлозы оно составит 30-40%, а для бумаги и картона ещё больше. Поэтому очень важно отлаживать механизм частно-государственного партнёрства, чтобы снизить нагрузку на производителя.

Учитывая все эти обстоятельства, я считаю, что целесообразно строить малотоннажные целлюлозные комбинаты производительностью 100–200 тыс. тонн в год. Это позволит осваивать леса в радиусе 100-120 км, где, как правило, уже имеется необходимая инфраструктура. Примерный объём инвестиций в таком случае составит около 800 млн долларов — вполне посильные для инвесторов средства.

А срок их окупаемости будет короче, чем в случае с масштабным производством, поскольку малотоннажное предприятие позволяет выпускать целлюлозу более высокого качества, которая ценится на рынке выше», — поделился профессиональным взглядом на ситуацию генеральный директор Центрального научно-исследовательского института бумаги Евгений Тюрин.

Для справки
Примеров канувших в Лету проектов строительства российских целлюлозных производств можно привести ещё немало. В их числе Амурский целлюлозно-бумажный комбинат мощностью 500 000 тонн хвойной целлюлозы, который планировали запустить в Хабаровском крае China Paper Co. и RFP Групп, — о судьбе проекта ничего не слышно с 2018 года. Амазарский ЦЗ в Забайкальском крае должен был заработать ещё в прошлом году, но в январе 2020-го главный инвестор — компания Kiu Hung International Holdings Limited (Гонконг) — объявил о прекращении участия в проекте. В посёлке Белый Яр Томской области запуск ЦБК тоже был запланирован на 2020 год. Завод предполагалось построить на китайские инвестиции, но в 2019-м ФСН объявило о ликвидации ООО «Белоярский ЦБК», которое было создано для реализации проекта, но оказа-лось «пустышкой».

«Большой Усть-Илимск»
«Большой Усть-Илимск»

Кочующие инвесторы

Внимание лесопромышленников, нацеленных на производство целлюлозы и продукции из неё, Иркутская область привлекает не впервые. О планах по строительству ЦБК в регионе говорили и в 2007 году, когда перспективой возведения в районе Усть-Илимска заинтересовалась китайская корпорация «Шаньдун Бо Сеньюань», и в 2014-м — тогда речь шла о возведении лесохимического комбината в Усть-Кутском районе. Инициатором строительства выступало ООО «Сибирский лес», а мощность проекта оценивали в 900 000 тонн готовой продукции, которую полностью собирались отправлять в КНР. На публичных слушаниях из 170 человек, присутствовавших на презентации проекта, воздержались пятеро, остальные проголосовали против. Для сравнения, Группе «Илим» повезло больше — на слушаниях проект ЦБК поддержали 92 человека, лишь один проголосовал против.

Минпромторг уже включил оба
комбината Rockwell Capital в перечень приоритетных инвестпроектов, что позволит им заключить договоры аренды лесных участков без аукциона на срок до 49 лет

Что же до компании «Сибирский Лес», то она своих надежд на получение собственного целлюлозного комбината не утратила и после неудачи на берегах Байкала переключила внимание на Красноярский край. Уже в феврале 2015 года на очередном КЭФ компания подписала соглашение о сотрудничестве с региональным правительством, согласно которому планировала разместить на территории Енисейского района, в 20 км от Лесосибирска, новое целлюлозное производство годовой мощностью 600 000 тонн белёной крафт-целлюлозы и 330 000 тонн растворимой целлюлозы из берёзы.

Строительство планировали начать в третьем квартале 2017 года, а запуск завода — во втором квартале 2020-го. В апреле 2016 года инициатива ООО «Сибирский Лес» была включена в перечень проектов, утверждённых Межправительственной Российско-Китайской комиссией по инвестиционному сотрудничеству. Российская сторона взяла на себя разработку «гринфилд»-проекта и заказ работ по строительству объекта, а партнёры из КНР — роль генерального подрядчика.

Проект активно поддерживали и региональные власти, и отраслевые структуры. В частности, он получил высокую оценку главы Союза лесопромышленников Красноярского края Олега Дзидзоева. По его словам, появление крупного ЦБК в регионе позволило бы не только обеспечить дополнительные налоговые поступления в бюджет и создать новые рабочие места, но и решить проблему переработки отходов лесной промышленности, превратив их в сырьё и создав спрос.

Однако жители Енисейского района его энтузиазм не разделили. Они были обеспокоены перспективой в очередной раз сделать Енисей приёмником сточных вод промышленного предприятия. К тому же при публичном обсуждении проекта выяснилось, что рядом с целлюлозным заводом «Сибирский Лес» намерен построить предприятие для производства перекиси водорода. То есть к выбросам в воздух и сбросам технологической воды в Енисей добавится и химическая опасность.

По официальной версии, проект пришлось свернуть именно из-за протестов местных жителей. Однако ходили слухи, что истинная причина в китайских инвесторах, которые не поленились лично посетить место предполагаемого строительства, оценили реальные (а не заявленные на бумаге) объёмы лесосырьевой базы, возможности логистических путей и вышли из игры.

Строительство ЦБК в рамках проекта
Группы Илим «Большой Усть-Илимск»
Строительство ЦБК в рамках проекта Группы Илим «Большой Усть-Илимск»

ЦБК России: новый виток

Казалось бы, на этом о планах по строительству ЦБК в крае можно забыть. Однако история получи-ла неожиданное продолжение: в декабре 2020-го «Коммерсантъ» объявил, что федеральная антимонопольная служба выдала АО «Система-Инвест» (входит в АФК «Система») предварительное согласие на приобретение 100% долей в уставном капитале ООО «Сибирский Лес». Примечательно, что в структуру АФК «Система» входит крупный лесопромышленный хол-динг Segezha Group, который ведёт свою деятельность на территории Красноярского края и также строит планы по строительству здесь целлюлозно-бумажного производства мощностью около 1 млн тонн экспортной продукции в год. Складывается впечатление, что тандем двух крупных предприятий должен ускорить его появление.

Концепцию инвестиционного проекта компании по строительству биотехнологического комплекса (БТК) в Лесосибирске президент Segezha Group Михаил Шамолин представил отраслевому международному сообществу на сессии глобальных лесных проектов Shanghai Pulp Week—2019. Он сообщил, что будущий экологически безупречный БТК планируют построить в рамках комплексного инвестиционного проекта «Енисейская Сибирь» на базе промышленной площадки Лесосибирского ЛДК N01.

В том же году Segezha Group и китайская инжиниринговая компания CAMCE подписали детальное соглашение о строительстве биотехнологического комплекса (к слову, с этой же компанией в своё время планировало сотрудничать ООО «Сибирский Лес»). Общий объём инвестиций в этот проект оценивают примерно в 100 млрд рублей. Строительные работы должны начаться в 2021 году, а запуск запланирован на 2024-й.

Михаил Шамолин неоднократно говорил о том, что без поддержки властей в строительстве инфраструктуры, в первую очередь дорожной, проект может забуксовать, поскольку вкладывать в решение этих проблем дополнительные десятки миллиардов рублей лесопромышленники не готовы. Но, кажется, его опасения напрасны — на данный момент всё свидетельствует о том, что между заинтересованными сторонами достигнуто полное согласие: с сентября под Лесосибирском строят мост через Енисей, а железнодорожная ветка уже почти готова.

Готовность краевой власти всячески помогать лесному бизнесу отметил и председатель совета директоров ПАО АФК «Система» Владимир Евтушенков. Он подчеркнул, что компания заинтересована в работе в Красноярском крае, в том числе из-за стремления главы региона привлечь на свою территорию крупные структуры.

«Это несёт в край налоги, другую культуру и другие возможности. Сегодня, если у нас не возникает с губернатором человеческого контакта, то мы в регион не идём. В Красноярском крае у нас как раз всё сошлось — во-первых, мы давно знакомы с Александром Викторовичем, мы на одной волне, и нам приятно вместе работать. Только в этом симбиозе может получиться продукт», — поделился мнением Владимир Евтушенков.

Что ж, это удивления не вызывает — Александр Усс давно известен своими тесными отношениями с представителями лесной отрасли. Не с этим ли связан тот факт, что в Красноярском крае планируется строительство не одного, а сразу трёх ЦБК?

Презентация проекта ЦБК компанией «Сибирский Лес» на КЭФ-2015, бумажный комбинат
Презентация проекта ЦБК компанией «Сибирский Лес» на КЭФ-2015

Бумажный комбинат и манящие богатства тайги

Летом прошлого года АО «Краслесинвест» объявило о том, что ищет подрядчика на проектирование целлюлозного завода. Компания изначально была создана Внешэкономбанком для строительства Богучанского ЛПК в рамках реализации программы развития Нижнего Приангарья (2007 год). В том числе проект предполагал создание ЦБК, однако в 2012 году от этой идеи банк отказался. Правда, не навсегда — вопрос о его строительстве поднимали и в 2016-м, и в 2018-м.

За это время ВЭБ неплохо вложился в развитие как самой промышленной площадки, так и прилегающей к ней инфраструктуры. По словам директора управления лесоперерабатывающего комплекса ГК «Внешэкономбанк» Павла Билибина, к 2018 году более 15 млрд рублей было инвестировано в строительство моста через реку Ангару, железнодорожной ветки Карабула — Ярки, линии электропередач и электрической подстанции. Это заставило ВЭБ задуматься о том, как повысить рентабельность лесопромышленного комплекса. И ЦБК в этой ситуации видится наиболее привлекательным вариантом.

Проект партнёрский — ВЭБ реализует его совместно с Rockwell Capital, соответствующая договорённость была достигнута летом 2019 года. Предполагается, что завод мощностью до 1 млн тонн целлюлозы в год заработает в 2026 году. Среди аргументов в пользу строительства объекта в Богучанах одним из ключевых называют богатую сырьевую базу. Однако на самом ли деле регион так богат лесами, как мы об этом привыкли слышать?
«Два ЦБК в такой близости друг от друга открывать неэффективно. Но даже если будет выбран только один проект, я сомневаюсь, что объём сырья в близлежащих районах будет достаточен для загрузки на полную проектную мощность.

Я участвовал несколько лет назад в общественных слушаниях по строительству ЦБК в Енисейском районе. Тогда это называлось «лесохимический комплекс». Там многие специалисты выражали сомнения в том, что приведённые цифры и расчётные лесосеки проектной документации соответствуют реальным данным», — напомнил руководитель общественной экологической организации «Плотина» Александр Колотов в интервью газете «Новые известия».

У лесопромышленников свой взгляд на ситуацию. Михаил Шамолин не видит проблемы в том, что в Красноярском крае у его целлюлозного производства появится конкурент.

«В этом регионе лесосека не является критическим фактором для ЦБК, учитывая, что здесь заготавливают очень большой объём пиловочника и нет ни одного потребителя балансовой древесины. Я уверен, что лесозаготовщики с удовольствием продадут эту балансовую древесину по цене, близкой к себестоимости, как только появится потребитель. К тому же в мире спрос на целлюлозу в среднем увеличивается на 1 млн тонн в год. То есть каждый год в мире должен появляться завод, который делает этот объём.

Если этого не происходит, образуется дефицит. Сейчас заводы в основном строят в Южной Америке, но там только лиственная целлюлоза. А в Канаде, в Финляндии и Швеции, где есть хвойные леса, уже в принципе нет сырья на то, чтобы строить новые заводы. Зато оно есть в России, и наша страна — естественная площадка для того, чтобы строить ЦБК и удовлетворять этот спрос. Причём риски строительства в России ниже, чем в остальных странах, где есть хвойное сырьё», — заявил президент Segezha Group в интервью «Коммерсанту».

Макет Богучанского лесопромышленного комплекса
(проект АО «Краслесинвест»), представленный на КЭФ-2012
Макет Богучанского лесопромышленного комплекса (проект АО «Краслесинвест»), представленный на КЭФ-2012

Целлюлозно-бумажные комбинаты: где два, там и три

Очевидно, к этим аргументам прислушались в Rockwell Capital — в 2020 году холдинг анонсировал строительство второго ЦБК в Красноярском крае, а точнее — в Лесосибирске. Оба проекта курирует созданная специально для этих целей холдинговая компания «Тайга» (на 100% принадлежит Rockwell Capital). А возглавляет её не кто иной, как Иван Валентик, в 2014-2019 годах руководивший Федеральным агентством лесного хозяйства. Соинвестора по этому проекту у компании пока нет, но она открыта для партнёрства. Мощность второго комбината также составит до 1 млн тонн целлюлозы в год, а запустить его планируют через год после богучанского.

По мнению Ивана Валентика, строительство двух комбинатов одной компанией в одном регионе экономически оправданно. По его словам, Rockwell Capital рассчитывает на определённую синергию между объектами — как с точки зрения проектирования и закупки оборудования, так и последующей операционной эффективности. Одобрил эти планы и замглавы Минпромторга России Виктор Евтухов. Ведомство уже включило оба завода в перечень приоритетных инвестпроектов.

«Строительство сразу двух ЦБК в Сибири — верное решение. Rockwell Capital делает продуманную ставку на формирование целлюлозно-бумажного кластера поблизости и от лесных ресурсов Приангарья, и от удобного железнодорожного транспортного плеча в сторону азиатских рынков», — подчеркнул г-н Евтухов.

В желающих освоить лесные богатства Приангарья недостатка нет. Лет 10 назад это пыталась сделать «Ангара Пейпа», как мы знаем, безуспешно. Не помогло даже то, что проекту присвоили статус приоритетного на уровне федерации, были подписаны международные соглашения и контракты в присутствии руководства страны, а новая концепция ЛХК утверждена в Минпромторге РФ. На этой волне инвесторы получили в аренду лесные участки с установленным годовым объёмом заготовки древесины более 6 млн кубометров. Итог — полумиллиардный долг и банкротство.

Сегежский целлюлозно-бумажный комбинат
Сегежский ЦБК

По мнению руководителя лесного отдела «Гринписа» России Алексея Ярошенко, причина неудачи всех проектов ЦБК в этом регионе очевидна: в Приангарье просто нет таких лесных ресурсов и такой системы управления лесами, которые могли бы гарантировать надёжное обеспечение крупных комбинатов древесным сырьём в течение хотя бы первых нескольких десятилетий их работы. Однако у краевого минлесхоза другая позиция. На официальный запрос нашего издания в ведомстве ответили, что «Красноярский край обладает большими объёмами невостребованных древесных ресурсов в виде отходов производства, малоценных пород древесины и древесины, повреждённой вредителями».

При этом конкретные объёмы этих неистощимых запасов не указаны. Логично предположить, что ведомство оперирует официальными данными об объёмах расчётной лесосеки, зафиксированными на бумаге. Надо ли говорить, что от реальности эти цифры далеки: до сих пор нет достоверных данных о том, сколько лесных ресурсов в России реально существует и какая их часть доступна для заготовки.

Правда, далее в ответе за подписью замминистра Алексея Большакова всё же больше конкретики: «В соответствии с заключёнными и предполагаемыми к заключению договорами аренды лесных участков в рамках реализации приоритетных инвестиционных проектов выделены лесные участки в Богучанском, Енисейском и Северо-Енисейском районах. Предусматривается использование расчётной лесосеки в полном объёме на создаваемых предприятиях в г. Лесосибирске и в Богучанском районе.

Планируется, что объём потребления низкосортной древесины и щепы на двух создаваемых предприятиях составит до 7 млн кбм в год». Речь идёт о двух комбинатах: ООО «Тайга» и АО «Краслесинвест». Согласно официальной справке министерства лесного хозяйства Красноярского края, Segezha Group заявку на реализацию приоритетного инвест-проекта по строительству ЦБК на территории края в ведомство не подавала.

Пока представители власти и бизнеса радуются появлению высокомаржинальных производств, жители продолжают борьбу за экологию. В социальных сетях действуют группы «Лесосибирск ПРОТИВ строительства ЦБК», самое большое сообщество собралось во «Вконтакте» — более 600 человек. Администраторы регулярно публикуют высказывания учёных и экологов относительно перспективы строительства новых ЦБК, и все они так или иначе сводятся к одному: предприятие глубокой переработки краю нужно, но создание именно целлюлозного производства они не приветствуют.

Основная причина — экологическая безопасность предлагаемых проектов, которая пока не подтверждена. Александр Колотов напоминает, что существует презумпция экологической виновности, то есть заказчику нужно доказать, что воздействие производства будет минимальным и не нанесёт ощутимого вреда природе и местному населению. Пока это официально не подтверждено соответствующими организациями и не закреплено на бумаге, население вправе подвергать сомнению обещания лесопромышленников и выступать против строительства потенциально опасного объекта на своей территории.

ЦБК и сила общественного мнения

Противостоять тандему бизнеса и власти — дело непростое, но реальное. Это подтверждает не только опыт Енисейского района, но и недавние события в Вологодской области. Здесь тоже не один год строили планы по возведению ЦБК. Алексей Мордашов, совладелец «Свезы» и череповецкой «Северстали», своё намерение построить комбинат мощностью 1,3 млн тонн целлюлозы в год на берегу Рыбинского водохранилища озвучивал ещё в 2013 году. И с того времени активисты регулярно проводили протестные акции не только в Рыбинске, но и в Череповце, Суде, Вологде. А поскольку Рыбинское водохранилище снабжает водой не только Вологодскую, но и Ярославскую и Тверскую области, к протесту подключились соседние регионы.

Результатом такой массированной атаки стал отказ от проекта — премьер-министр Михаил Мишустин ещё в марте 2020 года закрыл вопрос с проектом Судского ЦБК. По его словам, «компания, планирующая строить целлюлозный завод, не предоставляет документов, которые бы опровергли возможность нанесения экологического ущерба региону». Такая формулировка подразумевает, что запрет распространяется только на данный конкретный проект ЦБК при отсутствии подтверждающих его безопасность документов. А потому разговоры о строительстве лесохимического производства не прекратились, только интересанта называли теперь другого — Segezha Group, у которого уже есть активы в Вологодской области.

Однако всплеск активности холдинга накануне вологодского лесного форума был связан с другими проектами — введением в эксплуатацию нового предприятия Sokol CLT и модернизацией действующего Сокольского ЦБК. Михаил Шамолин объяснил незаинтересованность компании в строительстве нового целлюлозного производства в области отсутствием инфраструктуры, необходимой для того, чтобы подвозить 5 млн кубометров сырья и вывозить 1 млн тонн готовой продукции в год. Фактически же, скорее всего, дело всё в той же экологической составляющей и уверенной позиции общественности.

«Можно было бы решить все вопросы с проведением экологических экспертиз. Мы бы получили мощнейший рывок в развитии, вся европейская часть страны получила бы. Для нас это был самый крупный инвестиционный проект по «зелёным» технологиям, самый экологически чистый во всём мире. Это был бы завод, которым гордилась бы вся страна. Я чувствую некоторое разочарование. Теперь он будет радовать глаз руководителей и жителей другого региона, а тот объём налогов, который мы могли бы получить, останется за пределами нашей области», — сокрушался губернатор Вологодской области Олег Кувшинников на онлайн пресс-конференции с журналистами.

Это не значит, что Segezha Group и «Свеза» готовы отказаться от своих планов по строительству ЦБК. Но теперь обе компании рассматривают для размещения своих активов другие площадки. Михаил Шамолин озвучивает проект «Segezha-Запад» в Карелии. Речь идёт о строительстве нового комбината мощностью более 850 000 тонн товарной целлюлозы в год. Общий объём инвестиций составит более 100 млрд рублей.

Для его реализации холдинг планирует заручиться поддержкой государства: с этой целью уже подана заявка на включение проекта в Арктическую зону в качестве резидента и запрошено содействие в Фонде развития Дальнего Востока и Арктики. Начало строительства запланировано на 2021 год, завершение — на 2025-й. В конечном итоге холдинг намерен получить в республике объединённый ЦБП-кластер, в который войдут АО «Сегежский ЦБК», ООО «Сегежская упаковка» и ООО «Сегежа Запад».

Что до «Свезы», то одним из наиболее вероятных претендентов на то, чтобы принять у себя новый ЦБК, становится Пермский край. В пользу этого говорит тот факт, что у холдинга уже есть активы в регионе: здесь расположены мощности Пермского фанерного комбината. К тому же балансовой древесины здесь не меньше, чем в Вологодской области, а негатив по отношению к целлюлозной промышленности со стороны общественности ощущается не столь явно. Что касается конкуренции, то в крае уже действуют три крупных бумажных производства: «Соликамскбумпром», ЦБК «Кама» и ГП «Пермская ЦБК», однако каждое из них специализируется на своей продукции (газетной бумаге, легкомелованной бумаге, картоне и упаковке соответственно).

Альтернативой Пермскому краю может стать Ленинградская область, с губернатором которой в ноябре 2020-го Алексей Мордашов обсудил возможность размещения в регионе предприятий по переработке балансовой древесины. Глава региона выразил заинтересованность в этом проекте, уточнив, что пока нет точной информации, будет ли это именно ЦБК или что-то иное.

бумажный комбинат: прравительство Коми, «Монди СЛПК» и «Лузалес» подписали соглашение о сотрудничестве
Правительство Коми, «Монди СЛПК» и «Лузалес» подписали соглашение о сотрудничестве. Фото: luzales.ru

Классический сценарий

Ещё один регион, в котором целлюлозно-бумажный комбинат уже пару десятилетий не может вырваться из колеса сансары, — Республика Коми. Впервые проект строительства Троицко-Печорского комбината упоминали в 2005 году. В 2008-м он был включён в перечень приоритетных инвест-проектов на федеральном уровне. Предполагалось, что предприятие будет ежегодно выпускать 1,5 млн тонн целлюлозы и 450 000 тонн бумаги. В 2010-м, миновав стадию проектно-сметной документации, проект был исключён из перечня приоритетных. Спустя год концепцию ЦБК изменили, нацелив его на производство нового для республики вида продукции — вискозной целлюлозы. Но дальше планов дело снова не пошло.

Попытки вывести проект на новый виток предприняли в 2016 году: на II международной конференции «Целлюлозно-бумажная промышленность России – новые реалии, новые возможности» глава Коми Сергей Гапликов обратился к потенциальным инвесторам с приглашением к взаимовыгодному сотрудничеству, обрисовав ситуацию в ЛПК республики как идеальную для создания ЦБК.

«Троицко-Печорский район обладает богатой сырьевой базой, необходимой инфраструктурой и энергетическими ресурсами. С учётом существующих механизмов поддержки и при участии крупных инвесторов в рамках утверждённой стратегии социально-экономического развития Республики Коми мы планируем построить современный высоко-технологичный лесоперерабатывающий комплекс, включающий лесозаготовки, деревообработку и производство целлюлозы на принципах комплексного использования древесного сырья», — заявил г-н Гапликов.

Тогда это не сработало, но власти от своих планов не отказались. В 2019 году в ходе рабочей поездки в Финляндию глава Коми ознакомился с опытом эксплуатации завода Äänekoski финской лесопромышленной группы Metsä Group и заручился поддержкой зарубежных коллег в реализации совместного проекта ЦБК на территории Коми. По итогам переговоров с представителями Федерации лесной промышленности Финляндии и финских компаний была создана рабочая группа по вопросам, связанным с разработкой соответствующего инвест-проекта.

А в феврале 2020-го Правительство Республики Коми, АО «Монди СЛПК» и ООО «Лузалес» подписали соглашение, в рамках которого договорились о проведении предпроектной работы для определения потенциальной возможности размещения целлюлозного производства в Троицко-Печорском районе. Главное, что должны понять эксперты на данном этапе, — достаточно ли в регионе лесных ресурсов для работы такого мощного производства.

«Идея строительства в Коми ещё одного или двух новых крупных целлюлозно-бумажных производств обсуждается со времени строительства Сыктывкарского лесопромышленного комплекса (ныне — Монди СЛПК), первая очередь которого была запущена в 1969 году. На протяжении последней четверти века активно обсуждались идеи строительства двух комбинатов: Удорского в западной части республики и Троицко-Печорского — в восточной. Ни одна из этих идей не была реализована по множеству причин, в том числе из-за очевидной нехватки лесных ресурсов.

Нынешнее руководство Коми, судя по всему, смотрит на ситуацию адекватнее, уже не пытается навязывать потенциальным инвесторам фантастические идеи из далёкого советского прошлого (эпохи покорения природы и пионерного освоения тайги) и начинать собирается с оценки возможностей для создания нового комбината.

Тем не менее можно практически с абсолютной уверенностью утверждать, что при существующей системе государственного управления лесами мечта о новом ЦБК в Коми (как, впрочем, и в любом ином северном регионе) так и останется мечтой. Дело в том, что критически важным условием для работы крупного современного ЦБК является надёжная система обеспечения его древесным сырьём на долгосрочную (много десятилетий) перспективу по приемлемым ценам. А такую систему невозможно выстроить в рамках господствующей сейчас в таёжных лесах нашей страны модели экстенсивного (бесхозяйственного) лесопользования, при которой лес используют как месторождение брёвен, без эффективного лесовыращивания на старо-освоенных лесных землях.

Хотя в Коми и есть примеры эффективного воспроизводства и выращивания лесов на отдельных лесных участках, до изменения модели лесопользования в целом республике ещё очень далеко. А без этого изменения надёжно обеспечить сырьём на длительную перспективу даже существующие перерабатывающие предприятия лесного комплекса Коми не получится, не говоря уже о каких-либо новых», — убеждён руководитель лесного отдела «Гринписа» России Алексей Ярошенко.

Для справки
В 2008 году компания «Ангара-Пейпа» заявила о планах строительства в Красноярском крае самого крупного в России ЦБК. Минпром включил проект в перечень приоритетных в области освоения лесов. Но в 2015 году «Ангара-Пейпа» объявила о своём банкротстве.

Текст: Мария Кармакова

Статья опубликована в журнале Лесной комплекс №2 2021

Нашли ошибку?

Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl + Enter

Cronver: любое оборудование для деревообработки на заказ
Cronver: любое оборудование для деревообработки Кировская компания, работающая под брендом Cronver,...
Читать онлайн
Новости

Перегрузочные столы Тюменского станкостроительного завода: грузить лес удобно и выгодно

Тюменский станкостроительный завод, основанный на рубеже XIX и XX веков, — одно из старейших машиностроительных предприятий не только Тюмени и Западно-Сибирского региона, но и России в целом. Коллектив завода накопил огромный опыт производства...

Читать далее...

Рынок

Выбор читателей

Присоединяйтесь к Forestcomplex в Телеграм. Свернуть
в начало

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.